Парадокс лося

Проходя по коридору, я в последний раз завернул за угол, вошел в свой кабинет – и замер.

«Масляный глазок» подпрыгнул на тарелке и отправился в полет.

Тарелка выскользнула у меня из рук и разбилась вдребезги.

Мертвец ожил.

2

Живой, искренний взгляд синих глаз, светлые волосы, зачесанные направо, еще более скругляющие и без того круглую голову, и маленькая, но глубокая ямка на подбородке. Пиджак, рубашка с воротом без галстука и широкая заразительная улыбка.

Звуки из игрового павильона доносились до кабинета волнами – то слабыми, приглушенными, то напористыми, как при шторме с шапками белой пены, – перекатывающими через голову.

Дети бегали и кричали, механизмы стучали и гремели, и над всем витал долетавший из кафе насыщенный, сливочный, сладкий аромат выпечки и супа с лососем.

Мужчина передо мной развел в стороны руки, словно говоря – «вот он я». Но это было лишним. Каждая его черточка и так была знакома мне лучше некуда. Тысячи картин и воспоминаний одновременно бушевали в моей голове.

Сначала – самые свежие. Передо мной стоял человек, из-за которого меня убивали, человек, который оставил мне долги на сотни тысяч евро. И судя по всему, он воскрес из мертвых.

Мой брат Юхани.

Живой и прямо у меня в кабинете.

Он сделал пару шагов мне навстречу. Назвал меня по имени, обнял и прижал к себе. Я на голову выше его, и знакомый запах лосьона после бритья поднимался к моему носу, как дым от костра. Эти крепкие объятия несли в себе больше смысла, чем Юхани, возможно, в них вкладывал.

Они превращали невероятное в действительность, сила этих объятий была лучшим доказательством реальности происходящего. Пробуждение, последовавшее за объятиями, было таким же физически осязаемым, как и руки, сжимавшие меня.

Юхани перестал меня тискать, отступил на шаг и улыбнулся своей неповторимой солнечной улыбкой.

– Круто, – сказал он. – Мы сделали это.

Скорость света составляет триста тысяч километров в секунду, и я был уверен: что-то во мне или в моем кабинете происходит именно с такой скоростью.

Я понял, что речь шла о принятом мною решении. Наконец я обрел способность двигаться, обошел стол и сел в свое рабочее кресло.

– Ты, разумеется, теряешься в догадках, где я пропадал, – сказал Юхани, не скрывая восторга.

– Еще не успел подумать об этом, – честно ответил я и одновременно понял, что это первые слова, которые я смог произнести. Казалось, они доносились откуда-то издалека. – Я был уверен, что ты на кладбище в Малми.