Пир теней

Тень витала рядом, пытаясь коснуться Юстина.

– Отлипни от мальчишки, Похоть! – рыкнул второй темный силуэт, стоявший у изголовья кровати.

– Такой нежный и пушистенький ягненок. Боится, молится, надеется, что это неправда. Он неспособен на убийство. Сэтил ошибся.

У двери мелькнула третья тень. Все эти минуты она молча скрывалась, слушала. И сейчас, дав о себе знать, позволила Юстину услышать свой липкий, протяжный, недовольный голос.

– Сэтил не ошибается! Этот олух или погубит нас, или приведет к господству.

– Спешу тебя огорчить, Тщеславие, но Похоть права: он ни на что не способен.

«Тщеславие и Похоть… Тогда какой третий грех? Уныние?»

Юстин пытался собраться с мыслями. Не двигаясь, он следил за отражениями в зеркале, пытался контролировать их движения и старался дышать тихо и медленно.

– Я Гнев, щенок! Советую поторопиться, потому что тебе осталось жить до утра. Если не справишься, то умрешь, и этот долг ляжет на твою сестру.

– Она… она жива? – голос Юстина предательски дрогнул.

Ледяной кол воздуха пронзил грудь, выбивая все тепло из тела. Странное чувство невыполненного долга, отчаяние, горе и радость смешались в единый клубок, который назойливо катался где-то между ребрами. Страх покинул Юстина, появилась надежда.

– Не так быстро. Сначала – сделка. Но откуда этот фальшивый интерес? Ты выбрал новую обеспеченную семью и отрекся от прежней, нищей и презираемой. Что ж ты так разволновался? Ничтожество.

Ярость накатила холодной волной, задевая гордость и достоинство. Резко развернувшись, Юстин бросился на тень, стоящую у кровати, но, пройдя сквозь нее, чуть не упал.

– Ты серьезно? – Гнев лишь усмехнулся. – Ты не то что безнадежен, ты еще и глуп. Мы – тени, тьма, силуэты. Если бы мы состояли из плоти, то давно бы сами убили всех грешников!

– О Незримый, почему ты выбрал именно его, за что ты нас так наказал? – завыло Тщеславие.

– Я хочу все исправить!

– Ты сегодня умрешь, мальчишка.

– Нет! Я выполню свою часть сделки. Но после вы скажете, где искать мою семью.

Три тени приободрились и, собравшись в один клубок, начали кружить по комнате. Их радостные голоса слились в унисон.

– Убей трех грешных людей во имя нас. Того, кто напитал свое сердце ненавистью, злобой и яростью, – для Гнева. Того, кто не хранит верность, отдаваясь грубым пылким чувствам, развращая ум страстью и желанием, – для Похоти.