Северное сияние на улице Южной

Наверное, у нее не было Likee, раз она могла себе позволить так небрежно относиться к телефону, подумала Вера. Цветочница покрутила-покрутила и позвонила:

– Дим, у меня тут всё замело. Спасай.

И через сто семнадцать шагов у цветочного стоял Димка Бубенчик. Он, конечно, два раза упал в снег, дважды поднялся, но дошел достаточно быстро. Обычно так быстро он мог дойти, только когда что-нибудь ломалось у Цветочницы, все остальное он делал гораздо медленнее. Димка пришел с лопатой и улыбкой и очень быстро расчистил снег у двери в цветочный магазин.

– Вуаля! – открыл дверь Димка и запустил Цветочницу и Веру в магазин. И Вера попала в настоящее цветочное царство.

– Как в Голландии, – восхитилась она.

– Как в морозилке, – огорчилась Цветочница.

– Т-т-так это ты кондиционер забыла выключить, – точно знал Димка.

Обычно забывать всё на свете умела только Жменька, но, наверное, Цветочница заразилась от нее, подумала Вера. Вера села на табурет, спрятала ладошки в карман куртки с куклами с синими волосами, а голову опустила в воротник, чтобы дышать внутрь.

Так становилось теплее. Вера осмотрелась: абсолютно везде вокруг все цветы опустили головы и спали крепким сном. Им было так холодно, что казалось, они поменялись местами с медведем. Они ушли в долгую зимнюю спячку, а медведь из нее вышел. Но в данном случае даже спящие цветы Вере нравились больше, чем спящие и неспящие медведи.

– Идет! – тревожно сказала Цветочница и посмотрела на стеклянную дверь – по расчищенной Димкой дорожке шел Подкапелло.

Он шагал так стремительно, что его мохнатое, как ковер, пальто разлеталось в стороны, и можно было увидеть, что там под пальто торчит свитер с оленями. Он ему очень шел. Красные олени на свитере отлично сочетались с красными щеками на лице Подкапелло. В цветах Вера разбиралась с сентября. В сентябре они с дедом прочитали книгу про теорию цвета. Так она научилась сочетать то, что сочетается.

– Чао, господа! – ворвался стремительный Подкапелло.

Над дверью дзынькнул звоночек, предупреждающий о вошедшем покупателе.

Вера высунула нос из воротника. Заснеженный Подкапелло стоял перед витриной, и глаза его быстро-быстро осматривали товар.

– Уснула. Уснула. Уснула, – прошелся он вдоль розовых роз.

Подкапелло был тем, кто ворует елки у людей, знала Вера. А это означало одно – такой человек способен на всё. Дед прозвал Подкапелло Подкапелло, потому что тот, как и итальянцы, много говорил, но мало делал.