Северное сияние на улице Южной

Загадал?

– Ну, п-п-предположим.

– Медведь был у твоего гаража тридцать четыре минуты назад.

– Ты одна его видела?

– Богатыри тоже видели.

– П-п-понял. Придерживаемся следующего плана: ты срочно идешь домой и следишь за тем, что происходит сверху. В случае, если увидишь медведя еще раз, подаешь мне знак, и я набрасываю на него сетку, ловлю и прячу в Буханке. А мы с мальчишками б-б-будем контролировать, чтобы он снова не забежал во двор. Уговор?

– Уговор.

Вера пожала Бубенчику руку и понеслась скорее к дому.

На ходу нашла в кармане ключи и метеором попала в подъезд. У двери Изгоя стояли двое в белых шапках и с сумкой, из которой что-то громко фырчало.

– Здравствуйте, – кивнула им Вера, те в ответ кивнули ей.

Вера поднялась на второй этаж и стала наблюдать, куда пойдут гости Изгоя. Она только высунула голову из-за перил, как двое скрылись за дверью.

– За кем следишь?

Она обернулась на мягкий, как вата, голос Терминатора.

– Ты знал, что к Изгою ходят всякие?

– Это тебе дед так сказал?

– Это я тебе говорю.

– Ну ходят и ходят. Главное, что ходят, не забывают.

– Странно всё это, Терминатор.

Терминатор в одной, настоящей, руке нес небольшой черный пакет. Во второй, ненастоящей, железной руке он тоже нес небольшой черный пакет.

– Мусор? – Спросила Вера.

– Корм для голубей.

Терминатор давно привык к Вериным расспросам. И с радостью на все отвечал. Однажды Терминатор сказал, что очень хочет, чтобы кто-то называл его папой. Вера сказала, что кто-то обязательно назовет.

Свою кандидатуру предлагать не стала. Ведь Вера знает, что ее папа рано или поздно вернется из Заполярья, а двух пап называть папами она пока не готова.

Вера, перепрыгивая через две, а то и через три ступеньки, поднялась на пятый этаж. На этаже стояла маленькая Жменька и искала что-то под ногами.

– Ключи потеряли? – спросила Вера.

– Ты видела мои ключи?

– Не-а, – пожала плечами Вера.

Жменька была ростом чуть выше Веры и возрастом чуть старше деда, а это означало, что Жменька была совсем древняя, древнее печенегов, так точно.

Об этом свидетельствовали ее скукожинки на лице, напоминающие Вере мятый бумажный пакет, а еще у нее были любопытные, всегда смеющиеся голубые глаза. Вере нравились глаза Жменьки, они как будто несли за собой историческую ценность в общем-то старинной старушки.

– А это что? – вдруг выхватила Жменька ключи из рук Веры.

– Эй, эй, это мои!

В целом Вера могла обезвредить старушку, и без оружия.