На неведомых тропинках. Шаг в пустоту

Я повернулась, только сейчас заметив хранительницу. Мила смотрела на лезвие, и в ее глазах бушевало пламя. Обнаживший оружие против ребенка в filiideterra подлежал уничтожению. Ее долг защищать. Я торопливо убрала лезвие, подняла руки. Мила стояла прямо предо мной, в долю секунды переместившись с того края просеки. Буря в ее глазах не утихала.

– Святые, прости! – выдавила я, глядя в ее магическое пламя.

– Нет! Не смей! – закричала Алиса.

Парень засмеялся. Происходило то, чем меня пугали три года. Моя слабость стала причиной несчастья, которое погубит нас обеих.

Хранительница в своем праве. Вынуждена признать, Кирилл был прав. Они все: Угрим, Веник, Пашка – были правы, я не часть этого мира, оттого и сдохну, если срочно что-нибудь не сделаю, не докажу, что не просто не хотела, неправда – хотела, а не могла причинить парню вред.

Что ж… я взялась за нож.

– Ольга, нет! – рявкнула Пашка.

Лезвие вышло из ножен легко и бесшумно. Мила перехватила руку. Жесткий до боли захват. В ее глазах стояла боль.

Та, которой я помогала спасти сына, страдала, хранительница выполняла свой долг.

Я крутанула кожаную рукоять и прижала лезвие к ее пальцам, не в попытке причинить боль, в попытке спастись.

– Железо, – крикнула я, – слышишь? Железка, такому, как он, не опаснее комариного укуса. Мила!

Что еще могла взять с собой? При условии, что моя спутница учует собственноручно помеченное серебро шагов с десяти?

Девушка вздрогнула и отступила. Больше всего это походило на пробуждение от гипноза.

Она была очень юной, и в жизни человеческой, и в роли хранительницы. Она плохо контролировала вылезающие на первый план инстинкты защитницы.

– Не делай так больше, – попросила она.

Я убрала нож, но говорить ничего не стала. К чему давать невыполнимые обещания?

– Вы еще поплачьте. – Парень, больше не удерживаемый злыднем, держал в руках телефон, и тот, могу поклясться, работал в режиме камеры. А ведь это идея!

– Держал бы язычок за зубами, – посоветовала ему Алиса, – пока не укоротили.

– Стоп, – скомандовал Угрим, – предлагаю этих двоих рассадить по разным углам до выяснения всех деталей.

– Зачем? – поинтересовалась Пашка.

– Затем, что это Вадим Видящий, там, на тропе, умирает Варлаам Видящий, а она Седая.

– Этот умник решил, что мне есть дело до его ненаглядной семейки. – Алиса подошла ближе.

– Не притворяйся овцой. – Видящий убрал телефон в карман, Адаш напрягся, но нападать парень не стал.