На неведомых тропинках. Шаг в пустоту

– Я попросила хозяина отозвать его на время посвящения. – Она опустила голову. – Я хотела видеть, как моего Невера посвятят высшим и низшим, не поручать это другим, а принести его самой, понимаешь? Хозяин услышал и помог. Что я скажу ему теперь? Что из-за моего каприза его дочь в пяти минутах от обвинения в убийстве младшего Видящего?

– Н-да. – Я покачала головой.

Банальное стечение обстоятельств. Но показалось ли мне оно таким банальным, если бы в результате него пострадал бы не Варлаам, а Алиса? Нет! Я бы нашла, кого обвинить, и не была бы к явиди столь снисходительна.

И они не будут.

Я думала об Алисе, оставленной на попечении Угрима, о том, какую роль суждено сыграть детям в этой недетской партии. Я думала, кожей ощущая навязчивые чужие взгляды. Они всегда смотрели, куда бы я ни пошла. Человек – чужак, и внимание в нашей тили-мили-тряндии мне обеспечено. Я оглядела зал, кто-то шептался, кто-то продолжал нахально разглядывать диковинку, кто-то замирал на месте, как этот кареглазый пацан, забывший, зачем подошел к стойке с подносами.

В голове закрутилось воспоминание. Я видела этот испуг, от которого сердце наверняка бьется в горле, раньше, видела эти карие глаза. Но у воспоминания не хватало какой-то детали, но я не могла сказать, какой.

Пашка фыркнула, ее развлекали эмоции паренька. Точно так же, как они развлекали толпу, собравшуюся у замороженного тела «лишенного разума». Третий раз встречаю мальчишку на своем пути, и каждый раз он пугается до судорог.

Льщу себя надеждой, что еще не настолько страшна, чтобы пугать детей. Я не ищу подобного внимания, и пора бы уже свести с необычным поклонником знакомство, даже если он лешак, наслушавшийся сказок дремучей бабки о страшных человеках, вырубающих леса.

Я встала, и одновременно с этим парень бросился бежать, сбив по дороге двоих с подносами и раскидав их несостоявшийся обед по полу, поскользнулся, вскинул руки, едва сохраняя равновесие, и выскочил за дверь. Чтоб так бегать, надо иметь вескую причину.

Я отстала от мальчишки не более чем на несколько секунд, но, когда выскочила за дверь, дорожка была пуста. Пацан, в отличие от меня, знал тут каждый куст.

– Зачем тебе пугливый щенок? – Пашка вышла следом и принюхалась – Думаешь, он имеет отношение к "лишенному"?

– Не имею ни малейшего представления. – Я, поколебавшись, взяла правее. – Я пугаю этого ребенка до судорог и хочу знать, почему.

– Значит, узнаешь.