На неведомых тропинках. Шаг в пустоту

– Постойте, – я кинулась следом, зацепилась ногой за ногу, точно упала бы, если бы Адаш со вздохом не поддержал меня за руку, – с Алисой все в порядке?

Лишающий удачи перевел взгляд на подчиненного, и тот тут же отчитался:

– Алисия Седая по-прежнему находится на третьем полигоне, с ней наставник …

Парня прервало громкое, уходящее в небо шипение. С таким звуком выходит воздух из воздушного шарика, если усилить его раз в пять. Над крышами учебных корпусов поднялся столб белого дыма, напоминающий след от самолета, оставленный в голубом небе.

Белый дым – это сигнал бедствия в нашей тили-мили-тряндии. Неважно, магический или настоящий. Важно то, что, когда нечисть зовет на помощь, дело обычно плохо, и в большинстве случаев спасать уже некого.

Вопросов никто не задавал. В любом другом месте три раза подумали бы, прежде чем кидаться на выручку, но не здесь, не в filiideterra.

Меня опередили – Пашка, Веник, Адаш и даже безымянный молодой человек. К покинутому менее часа назад дому целителей я выбежала последней.

Со всех сторон слышались голоса, на помощь спешили все, кто видел сигнальное заклинание, след от которого еще не полностью развеялся над двускатной крышей.

Раскрытая настежь деревянная дверь. Мягкие кожаные туфли явиди, сбросившей маскировку, валялись в прихожей. Из дома слышались ругань, рычание и возня. В целительском зале на первый взгляд все было не так плохо. Злыдень, змея и седовласый целитель прижимали к полу Вадима Видящего.

Пашка и Адаш действовали грубой силой, целитель – странной сеткой заклинания, похожей на поблескивающую в солнечных лучах паутину, которую молодой демон вот-вот порвет.

Веник предпочитал наблюдать со стороны и, в отличие от молодого парня, не знающего, с какой стороны подступиться к видящему, совершенно не рвался в бой. На лице с белой повязкой легко читалось недоумение.

Мила соткалась рядом со сдернувшим часть паутины Видящим и, прежде чем он отшвырнул явидь, дотронулась до лба раскрытой ладонью, переливая желтый свет браслетов в глаза обмякшему парню.

Снаружи звучали голоса, но войти в дом так никто и не решился. Нечисть не нуждалась в объяснениях очевидного. Хранительница на месте, ситуация под контролем, остальные свободны, хотя наверняка кто-то остался, любопытством страдают не только люди.

Пашка заковыристо выругалась. Ее поддержал Адаш. И я, наконец, поняла, куда все смотрят, к чьей кровати идут Мила с целителем.