Её раб

 – Или «вроде»?

– Вроде… Слушается…

– Показывай! – она величественно махнула рукой в сторону раба. – И мешок с него сними!

С головы раба стянули мешок, и Мелиссандра оценила его внешность. Чёрные вьющиеся волосы ниже плеч, покатый лоб, широкий нос и тёмные глаза. Типичный южанин.

«Ну хоть тут без сюрпризов», – подумала Мелиссандра и обратила внимание на странный взгляд раба. В нём не было привычных ей эмоций: злости и гнева. Да что там: не было даже растерянности.

Раб был абсолютно спокоен.

– Буся, верно?

– Нет! Неверно! Не Буся!

Голос раба прогрохотал под низкими каменными сводами словно гром. Мелиссандра невольно вздрогнула. Хорош!

– А как верно? – решила подыграть она.

– Буцефал! – громыхнул раб и потянул Мелиссандре руку, чтобы поздороваться.

Крепления вылетели из стены, а цепь порвалась, будто была из бумаги. Перед Мелиссандрой возникла огромная ладонь.

Позади раба что-то пытались сделать слуги. Колотили его палками и даже активировали запирающую печать на ошейнике.

– Мелиссандра, – еле слышно прошелестел голос.

– Очень приятно, – ответил Буцефал, аккуратно пожимая тонкую ладошку.

Один из слуг грохнулся в обморок. Посмотреть, который именно, Мелиссандра не успела – следила за здоровяком-рабом. Тот, как ни в чём не бывало, задрал руку обратно вверх и лишь потом заметил, что порвал цепь и вырвал её крепление.

– Какое у вас тут всё хлипкое.

– Не надо. Спасибо, – выдавила из себя Мелиссандра.

– Ну тогда я и вторую… Если вы не против.

Ответить Мелиссандра не успела. Здоровяк рванул вторую руку на себя, ломая и вторую цепь. За его спиной упали в обморок ещё пара слуг.

– А что же ошейник? – спросила Мелиссандра, обращаясь к слугам, что ещё оставались на ногах.

– Этот что ли? – ответил ей Буцефал и сорвал с шеи заговорённый магический ошейник. – Так я к магии невосприимчивый. Совсем. Вы уж извините.

Буцефал виновато развёл руками, а Мелиссандра охнула. Больше на здоровяке-рабе не осталось ни единого средства, чтобы сдержать его мощь. Да и раньше они не особо помогали.

– Мамочки, – шепнула Мелиссандра, чувствуя, как кругом пошла голова, а колени предательски подогнулись.