Точка невозврата. Выбор

Желудок сразу отозвался глухим урчанием, а голова ? тупой болью. Он вспомнил всё то безобразие, что они устроили накануне, и со стоном сел. Первое, что ему попалось на глаза, ? сапоги. Они торчали из-под стола и не подавали признаков жизни.

– Ульгик?

Сапоги даже не шевельнулись. Рене осторожно сел и пнул товарища. Получилось не очень сильно, потому что свою обувь он где-то потерял. На третьем пинке послышался стон, а потом стол закачался, и на пол посыпался водопад из бутылок. Они падали с оглушительном звоном, многократно отражась эхом внутри черепа.

– И-ди-от.

В ответ опять простонали. Послышались лёгкие шаги и тихий вздох, и Рене поднял голову. Мари смотрела на развернувшуюся сцену с обречённостью и беспокойством. В этот момент Ульгик вылез из своей берлоги и раскрыл глаза. Он растерянно огляделся и принялся ощупывать лоб.

– Вы не пострадали? ? спросила девушка, по-видимому сомневаясь в полном здравии господ. Особенно в душевном.

– Только моё достоинство, милая леди, ? пробурчал капитан.

Рене внезапно окатила волна обиды. Густая, вязкая, она облепила разум и тело. Накатила и сползла. Он принялся ощупывать грудь и не обнаружил медальон. Принялся шарить на диване, но и там его не оказалось. Стало ясно, что его похмелье ? частичное отражение той бури, что творилась в голове Ульгика. Как же так? Столько лет носил, ничего не было, а тут потерял вдруг.

Мари ушла и почти сразу же вернулась, неся поднос с двумя большими кружками.

– Выпейте. Это поможет уменьшить головную боль и тошноту. А потом я накрою на стол, ? она замялась, оглядывая комнату, и поправилась: ? С вашего позволения, в кабинете?

Рене махнул рукой в знак согласия. Ульгик свою кружку схватил мгновенно, принюхался, чему-то улыбнулся и с жадностью принялся пить. Рене же взял свою осторожно и пристально взглянул на Мари. Он почувствовал лёгкое, едва уловимое смущение, а по ней и не скажешь: глядит строго, даже холодно, на лице ни одной эмоции.

Рене снова схватился за голову. Да уж. Зачем, спрашивается, экспериментировать, если и так понятно, что у юной девушки внутри настоящий бедлам. Да и у любого в её возрасте.

– Ты пей, а не смотри, ? проворчал Ульгик, который выглядел уже немного лучше.

И Рене выпил. Залпом.

Ульгик ушёл через час, оставив свой адрес, а Рене сел в кабинете и расстелил карту, но работать не хотелось.