Зов Драконьего Камня

– Я как раз собиралась лечь спать… – начала Ивена. – И теперь, когда вам не угрожает истощение, вы можете принять свою истинную форму, а я посплю под вами. Или, если позволите, на вас – земля весьма сырая…

Невстреченные маги были тут же забыты, а парень смешался: «Я сейчас всё правильно услышал, или у меня галлюцинации? А впрочем…»

Увидев расширившиеся от удивления глаза Хранителя, Ивена замолкла. Наверное, просить у мага-дерева поспать на нём было высшей формой оскорбления.

– А что, у вас такое в порядке вещей? Может, хоть познакомимся для начала? – ухмыльнулся он, незаметно подогревая свою одежду.

Вода медленно выпаривалась, растворяясь в воздухе.

– Простите, я не хотела вас оскорбить, – пробормотала Ивена, игнорируя насмешку Хранителя.

– Нет, что вы. Но в истинной форме нам будет неудобно, – категорично ответил Соро, продолжая хитро улыбаться. – Может, у вас тут есть какое-нибудь укрытие поблизости?

– Ну конечно, мы ведь тогда не сможем общаться, – вежливо приподняла уголки губ Ивена.

 – Что касается укрытия, эта поляна – лучшее место для ночёвки, что я нашла за несколько часов. Так что, если вы не против…

Девушка снова зажгла огонёк и, подложив сумку под голову, стала закутываться в плащ.

– А утром всё мне расскажете, – зевнув, проговорила она.

«А? В смысле?» – Соро обескураженно обернулся на деревья вокруг, как бы вопрошая у них ответа на свои мысли. Потом вновь посмотрел на незнакомку, пробежался взглядом по её изящной фигурке, задержался на личике.

Из чувства противоречия ему захотелось уйти.

В целом, это было бы логичным выходом, ведь энергию он восполнил, и теперь без страха мог побродить по здешнему миру, набраться ещё сил, поглотить пару-тройку существ и заодно переждать бурю родной обители.

Но было одно «но». В родном мире Соро, задолжавший за помощь обязан отплатить благодетелю. А за защиту или спасение жизни расплачивались тем же: помощь за помощь, жизнь за жизнь или желание. Нарушивший непреложное правило лишался всякого доверия и больше не мог совершать сделки, на которых и зиждился их мир.

Конечно, это правило, как и любая основа его родины, могло быть использовано самым странным и извращённым способом. Но установка, вбитая в голову парня с малолетства, не давала ему просто уйти.

Соро раздражённо подергал крыльями носа, втягивая воздух, и шагнул к краю поляны, в тень. Из которой уже в истинном обличии растворился в лесной чаще, намереваясь поохотиться.