Вена

Сверху полился поток свежего воздуха, тонкий, но Игорю он показался божественным. В основном, из-за надежды выбраться самостоятельно. Он ощупал края люка, крышка встала криво, повиснув на углах. Игорь осторожно снял её, положив тихонько на пол. Вылезти оказалось непросто, учитывая полную темноту. Парень извивался змеёй, растопырившись, как паук, но в конечном итоге смог подтянуться и выбросить верхнюю половину тела наверх.

Не давая себе времени очухаться, он отполз от злосчастного люка, пытаясь запомнить его местоположение, чтобы ненароком не угодить туда снова.

Помогало то, что в комнате было не так темно, как в подвале. Окон не было, но сбоку серым прямоугольником выделялся дверной проём, видимо, снаружи была ночь.

Осталось выяснить, где находится дом, в котором заперли Игоря, и убраться подобру-поздорову. Сообщить в полицию, и пусть правоохранительные органы выясняют, кто его похитил, и кто сидит в другом подвале! Геройство хорошо на телеэкране, в жизни-то оно заканчивается не то, чтобы очень… Парень уже мысленно разговаривал с полицейскими, осторожно и бесшумно ступая к выходу, когда из-под половиц раздался истошный женский крик.

Игоря словно подбросило на месте, не разбирая дороги, он бесшумно ринулся в маячащий впереди светлеющий проём и оказался в большой комнате. Посередине стоял длинный стол, сбоку белели окна, но главное, впереди была дверь! Глаза, привыкшие к темноте, различали в тусклом свете каждую деталь, а адреналин, кипящий в венах, придавал неимоверный прилив сил! Казалось, этот прилив и распахнул услужливо дверь перед Игорем, мимолётно тот даже не удивился этому, стремясь убежать как можно быстрее из этого страшного дома.

Только подскочив одним прыжком к двери, Игорь увидел, что она, конечно же, открылась не сама по себе. Человек, стоящий в проёме, улыбался, зубы белели в темноте. В руке он держал что-то, Игорь не рассмотрел, ему было не до того.

– Сгинь, сука! – заорал он первое, что пришло в голову, впрочем, это могло быть любое другое ругательство, парень даже не осознал, что именно крикнул.

Нервное напряжение последних двух часов давало о себе знать.

Человек, хорошо знакомый Игорю, вскинул руку, но парень уже метнулся к нему, ударив того всем своим весом, и отпружинив, как мяч, отлетел в ближайшие кусты.

Продравшись сквозь заросли, он мгновенно определил свободный путь и устремился в темноту леса, благо, зрение после темноты подвала позволяло не натыкаться на деревья и перескакивать через низкий кустарник.