Вариус. В погоне за желаниями

Они добрались почти до самого порта, как Аэнис резко остановилась, вглядываясь в лицо какого-то пьянчуги, валявшегося на дне канавы. Нахмурилась, подошла поближе и ахнула:

– Йозеф!

Подобрав полы плаща и подол платья, ловко спустилась вниз и склонилась над бесчувственным телом. Темный нехотя последовал за ней и только тогда понял, что лежавший там человек был вовсе не пьян. На нем места живого не было от побоев. Даже удивительно, как Светлая смогла его узнать. Разве что по одежде?

– Еще дышит, – еле слышно пробормотала она, поводила над ним руками и сдавленно всхлипнула.

– Хочешь ему помочь? – спросил Эралиир.

Девушка помедлила с ответом:

– Я… Я не могу. Он уже одной ногой за гранью.

И вдруг бедняга захрипел. Забулькал – на губах вспенилось алым. А затем заговорил. Точнее, неразборчиво замычал что-то, не открывая опухших, склеенных засохшей кровью, глаз. Умолял отпустить его. Потом про какие-то камни… Да, кажется, камни или драгоценности. Корабль. Может «Святая Элена»? Ари.

Кто это? Вскоре Темный устал вслушиваться в бред умиравшего, потеряв всякую надежду найти в его словах хоть какой-либо смысл. Но, судя по бледному, ошарашенному лицу Аэнис, она-то как раз понимала, о чем тот говорит.

– Господи… – прошептала она. – Это он… Из-за него погибла нимеида.

Нимеида? Не та ли, что…

– Ходок?

Светлая молча кивнула, зажав рот ладонью.

Надо же…

– Не стоит тут оставаться, – он легонько тронул плечо девушки.

Та растерянно посмотрела на него:

– И что же?.

. Мне просто оставить его здесь, в канаве, корчиться от боли?

– Ты не можешь помочь ему, сама ведь сказала, – напомнил Темный.

– Я не могу его исцелить, – с нажимом на последнее слово произнесла она.

Так вот что Аэнис имела ввиду…

– Он не заслуживает легкой смерти.

– А ты? – вдруг спросила Светлая, поглядев на него снизу вверх полными слез глазами. – Чего заслуживаешь ты?

– Что ты хочешь сказать? – уже догадываясь, о чем она, нахмурился Эралиир.

– Я не знаю, кто ты… На твоих запястьях следы заключения.

За тобой гнались… Там, в порту Дефоса, – напомнила она. – Не станешь ли ты меня убеждать, что сам не без греха?

– Делай, как считаешь нужным, – пожал он плечами и отвернулся, давай ей время на раздумья.

Когда он снова посмотрел на Аэнис, все уже было кончено. До самого постоялого двора она не произнесла ни слова. Шла, поджав губы и украдкой вытирая рукавом платья, то и дело набегавшие на глаза, слезы.