Прокурор Баринова

Когда они уселись на свои места в партере, Рая оглядела зал.

– Ни одного свободного места. А те, что у стенки стоят, так и будут весь спектакль стоять?

– У них, наверное, входные билеты. Кому повезет, сядут, на свободные места, а остальные…

Народ все подходил и подходил, прошло еще минут двадцать, наконец, голос из динамика попросил отключить мобильники, и режиссер спектакля объявил, что роли «служанок», согласно мнению автора пьесы должны играть «мужчины и только мужчины». Последовали аплодисменты.

– Ну, молодца, – протянула Рая, – оторвемся сегодня, – и обняла Катю так, что у той хрустнули кости.

– Больно, Раечка! – воскликнула Катя.

– Извини, балеринка, я же штангу нянчу, не знала? – пробормотала Рая.

Необычная пластика и мимика актеров, их тягучая и капризная, с извивами интонация увлекли не только Катю, но и Раису.

– Плясать охота, – сообщила она, и уже в конце спектакля, заворожено глядя на сольный танец, вытащила из кармана фляжку и отхлебнула из нее.

– Ты не можешь сесть за руль, – сказала она Рае у машины.

– Это почему же?

– Ты коньяк пила, – сказала Катя.

– Да я трезвая как стеклышко.

– Ты пила во время сольного танца!

– Ты смотри, я машинально. Права взяла с собой? – спросила Рая.

– Конечно.

– Предусмотрительная. Доедем до тебя, а там я с закрытыми глазами домой доберусь.

– Будет по другому, – сообщила ей Катя, – я довезу тебя, а себе вызову такси, – сказала она, доставая мобильник.

– А ты с характером, не размазня, молодцом! – сказала Раиса, допивая коньяк из фляжки. – Все. Больше ни грамма, завяжу. Я бы и фляжку выбросила, да не могу, память, понимаешь. Да ты что, не веришь мне? – спросила прокурор Баринова, – думаешь, у меня силы воли не хватит? Да я же не алкоголик.

– Да, Раечка, конечно, верю…

Когда к дому, где жила Раиса, подъехало такси, она усмехнулась:

– Ну, вот оно, избавление твое приехало…

– Зачем ты так говоришь? Эпатируешь меня?

– Да нет, не серчай, подруга, пожалуй, что полюбила я тебя, да что-то захмелела.

– Обязательно, Раечка.

Раиса, подойдя к такси, хотела обнять Катю, но та отшатнулась.

– Извини, виновата, чуть кости тебе не сломала, а ты, мужик, не смотри, что я маленькая.