Лето у моря (сборник)

Когда они вернулись, отец рассказывал что-то забавное, и обе дамы за столом смеялись в голос. Кузина села на свое место, и он с облегчением заметил, что она сразу включилась в разговор, как ему показалось, довольно весело и легко. Оркестр заиграл танго, и отец вскочил со стула:

– А ну, племянница, вставай! Пойдем потанцуем со старым дядюшкой.

– Никакой ты не старый, – улыбнулась кузина, – и я с удовольствием потанцую с тобой!

Они смешались с другими парами.

– Какая красивая девочка, – заметила Моник.

– Очень славная, – поддержала ее Бланш. – Мне она сразу понравилась… Извините, я сейчас подойду, – и встала из-за стола.

Почему-то он почувствовал себя неловко, оставшись наедине с пожилой дамой.

– Как там Париж? – непринужденно спросил он.

– Париж, как всегда, полон очарования, – ответила Моник, пристально изучая его лицо. – Послушай, – она обратилась к нему по имени, – я ведь знала тебя еще ребенком, поэтому имею право сказать кое-что. Сдается мне, эта девочка, твоя кузина, очень любит тебя.

– Что вы такое говорите! – произнес он чуть изменившимся голосом. – Мы с ней просто дружим, как брат и сестра, вместе проводим это лето.

– Да? – она вопросительно посмотрела на него и, не дождавшись ответа, мягко сказала: – Не обижайся на старую женщину, сынок, но такие вещи я сразу подмечаю. Ах, молодость, молодость! Удивительно, как только твой отец и его милая жена ничего не видят?

– А что они не видят? – его ладони вдруг стали влажными.

Моник тихонько рассмеялась:

– Да она ведь глаз с тебя не сводит, любому ясно: девочка влюблена. А вот ты…

Внезапно она замолчала: к столику вернулась Бланш, а вслед за ней – отец с кузиной.

– Дядя был великолепен! Сногсшибателен! – кузина не скрывала восторга. – Как он танцует!

– Да, сын, мы поразили всех! – гордо сказал отец.

– Это мы еще посмотрим, – сказал он, вставая из-за стола. – Потанцуем?

Взял кузину за руку, и они пошли на площадку, где как раз играла медленная музыка.

– Все хорошо? – он заглянул в ее глаза, крепко прижимая к себе. Взгляд ее был грустен. Совсем чуть-чуть.

– Замечательно! – она погладила его по спине. – Ты же рядом.

Он облегченно рассмеялся и закружил ее в танце.

Но что-то неуловимое уже витало в воздухе, какое-то необъяснимое для него напряжение; то гадалка, то старая синьора: поразительно, что обе эти женщины, не сговариваясь, сказали ему одно и то же.