Лето у моря (сборник)

И вспомни тот незаполненный чек… Не думаешь ли ты, что тебя хотели купить?

– Да ты что, Тим! – возмутился я. – Я вообще не думал ни о каком суде, пока она сама мне об этом не сказала, и, разумеется, я не собирался и не собираюсь никуда обращаться!

– Вот именно. Тебе бы еще латы и доспехи – вылитый рыцарь. К сожалению, Дик, это уж очень явно бросается в глаза. Видимо, у тебя к ней и правда серьезно.

– Если хочешь знать, я счастлив, что она меня сбила. В противном случае мы с ней вообще могли не встретиться на этой Земле!

– И это было бы здорово.

Не перебивай! Я хочу надеяться, что все-таки в столь юном возрасте твоя принцесса еще не может быть такой расчетливой и испорченной, невзирая на гены, поэтому давай допустим, что ты ей понравился, понравился как мужчина.

– А я что, не могу понравиться? – обиделся я.

– Да помолчи же! Можешь! Дело не в этом. Итак, исключаем поцелуй в знак благодарности за вечер, исключаем вариант задуривания твоих мозгов с целью отвлечения от судебных процессов… Что остается? Ты ей нравишься.

Не знаю, насколько серьезно это у нее, но давай представим, что серьезно.

– Давай! – я закрыл глаза. – Уже представляю, я в полном восторге!

– Дурачок! – Тим смотрел на меня с жалостью. – Ты лучше подумай, что дальше с вами будет!

– Я понимаю, что будет нелегко, – медленно сказал я. – Но уверен, что вдвоем, если она действительно испытывает ко мне что-то, мы сможем противостоять трудностям. В конце концов, ее отец тоже человек и должен будет понять нас.

– Понять и принять – вещи разные, Дик.

Я много слышал о мистере Кэмпбелле, и, к сожалению, мало приятного: это человек жесткий, даже жестокий. Всех, кто у него в немилости, он, не задумываясь, стирает с лица земли, уж не знаю, в буквальном смысле слова или нет. Именно поэтому мне все это так не нравится.

– Не будь таким пессимистом, Тим, все будет чудесно. Ты еще станешь моим шафером на нашей свадьбе!

На этом наш разговор и закончился, мы занялись рабочими делами. После обеда я набрался смелости и позвонил Брэнде – свой номер она оставила мне вчера.

К телефону подошла она сама, а не седой дворецкий с бакенбардами, как мне представлялось.

– Алло! – ее голос был так близко, что я слышал ее дыхание и почему-то сильнее прижал трубку к уху.

– Привет, это я, Ричард. Помнишь меня?

– Тебя забудешь, – негромко рассмеялась она. – Привет!

– Как ты? Как папа?

– Папа в ярости, но это его обычное состояние, поэтому я пытаюсь не обращать на него внимания.