Ночная таксистка

– Вылезайте, – произнесла Анна, завела тихо мотор, не включая огней.

– Ты – маньячка, – зло изрек он, поднимая свое внушительное тело с пола.

– Вряд ли, – возразила Анна. – Два маньяка в одной машине – это маловероятно.

– Всегда не доверял бабам за рулем, а теперь и вовсе, – бубнил мужчина, отряхивая костюм. – Ты довезешь меня домой-то сегодня?

– А охрана дома есть? – спросила Анна.

– Есть, – и вдруг спохватился: – А что это ты выпытываешь?

Анна осторожно, без всякой суеты, и уже мягко выводила машину на большой проспект.

Они уже неслись по ровному асфальту, когда Виталька – Ватикан решил снова заговорить.

– А я так и не понял…

Но договорить фразу он не успел. Анна перебила его властным, но спокойным тоном:

– А теперь, папа Римский, схватись крепко за спинку моего кресла и держи свою драгоценную задницу поближе к седлу, тьфу, к сиденью.

Виталька оторопел, но повиновался.

Анна уже заметила щупальца огней – погони, вынырнувшей сбоку машины.

Следующие события мелькнули перед Виталькой как череда размазанных огней, метаний из стороны в сторону, визг колес уворачивающихся машин и нещадные приземления на пятую точку. В конце его аж замутило. И замутило еще больше, когда он осознал, что они несутся на огромной скорости к булыжному подъему на Слободскую улицу. Такого еще никто себе не позволял на крутом спуске с односторонним движением…

– Ааааааа, – только и мог тли прокричать, тли выдохнуть Виталька – так перехватило у него дух, когда машина на полной скорости, встав чуть ли не перпендикулярно земле на задние колеса, натужно рявкнула, а потом рухнула вниз, и, яростно вгрызаясь шинами в камни, в считанные секунды взмыла вверх горы.

На самом верху машина вдруг остановилась, будто выдохлась, и замерла.

Виталька посмотрел из окна и увидел, как внизу остановился черный «Опель», которому такой трюк был не по силам, и у того опустилось тонированное стекло. И судя по его лицу, он узнал тех, кто там сидел.

– Улица Слободская…– сказала она так спокойно и четко, будто объявляла остановку в метро. – Какой дом?

– С..седьмой, – почему-то стал заикаться Ватикан…

– С вас шестьсот рублей, – заявила Анна, останавливаясь у нужного дома. – И плюс обещанное удвоение.