Все наши мечты

На столах бросались в глаза ягодные коктейли из малины и лапста – новой ягоды черного цвета, которую вывели в этом году путем скрещивания черничного куста и кофейного дерева.

Голографическая установка под сценой создавала декорации. Это было очень удобно, потому что место действия выступления могло быть абсолютно любым. Такая сцена в гостиницах была редкостью, поэтому Десяти Китам был присвоен статус трехарочного отеля. Первая арка выдавалась за комфортные условия проживания, вторая – за отличную кухню и третья – за наличие инфраструктуры, подходящей для проведения масштабных мероприятий.

Нэй-Ли и Ини-Ниони подготовили совместный номер под названием «Из Жизни Стихий».

Сначала на сцене появился Ниони, одетый полностью в черное. Он олицетворял первозданный холод и пустоту. На сцене был виден только его силуэт в слабом луче света. Робот начал движение под дребезжащие звуки скрипок, и его жесты вторили им мелкой волнообразностью. Казалось, все тело Ниони охватила рябь, как если бы он был гладью озера.

Свет на сцене становился все ярче и ярче, и в какой-то момент разлетелся на множество источников. Первозданная тьма вместе с Ниони уступила место свету, который теперь уже был везде. На залитой светом сцене появилась Нэй-Ли, одетая в белое. Она двигалась совершенно иначе. Если движения Ниони отличались почти сверхъестественной точностью и быстротой, то сквозь движения прославленной танцовщицы временами прорывался хаос: казалось, будто неконтролируемая сила в ней периодически выплескивалась через край, борясь с ритмом и искажая его на глазах у зрителей, но мощная гравитация Нэй-Ли снова возвращала ее на место в начале следующей ритмической фразы.

Это была одна из узнаваемых техник прославленной танцовщицы. Ини-Ниони был в восторге от этой техники и надеялся, что Нэй-Ли позволит ему позаимствовать ее. Как робот он мог сотворить что-то новое только на основе того, что было в него заложено.

Существующие нормы нравственности не позволяли ему так поступить – все тут же бы узнали, что он присвоил ее без разрешения. Людям было позволительно в некоторых случаях утверждать, что они черпали вдохновение из одного и того же источника и принесли в мир одну и ту же идею одновременно.