Сквозь время

Иксонгван был символом ответственности добродетельного высокопоставленного труженика во имя народа.

Желтое императорское платье – «одеяние дракона» действительно украшали девять драконов. Девять символов гибкости в переменчивых политических условиях и божественности властвования. Кроме драконов, некоторые из которых уместились даже на внутренней подкладке, на одежде различались пять облаков, с вплетенными в них рисунками солнца, луны и звезд, как образ света исходящего от престола сына неба. В вязи орнамента можно было узнать тростник, птиц, горы, языки пламени и каждое из этих изображений несло священный смысл императорской власти – красоту, изящество, чистоту и безупречность.

Только что закончилось совещание министров, опять были недовольные, Каждый из них работает, прежде всего, на себя и благосостояние своей семьи, клана. Скоро стареющие министры приведут на свое место сыновей, неважно, что они будут неспособны принимать политические решения. Не каждый сын талантливого министра обладает острым умом и способностью заменить отца.

Надо что-то делать. И опять будут недовольные.

Размышляя о государственной политике Ван Со внезапно поймал себя на том, что уже минут десять думает не о министрах, а о Деве времени, о Чжен. О том, как она необычна, о непокорных серо-синих глазах. Она не старается угодить. Она не показывает испуг и быстро приспосабливается. Чжен больше и больше заполняла мысли Ван Со и это ему не нравилось.

Сегодня императрица Хванбо, его супруга и единокровная сестра, опять говорила о том, что императору положен гарем.

Нужны наследники, много наследников, что дети слабы, а завистников много и слишком мало детей доживает до возраста наследного принца. Хванбо говорила правильные вещи и уже подарила императору сына. Леди Кёнхвагён, вторая жена и одновременно племянница Ван Со, напротив, оказалась пока бесплодной, но и она играла свою роль в укреплении императорской власти – дядя императора, будучи королевским тестем, обещал поддерживать его всеми силами своего большого и могучего клана.

Мысли опять вернулись к Чжен. Тонкая фигура в странном цветастом платье, неприлично коротком, так отличающемся от красивых, длинных ханбоков из шелка, в которые наряжались красавицы Корё, стояла перед газами. Не успев прогнать это видение Ван Со почувствовал ветер, который прошелся по лицу, разметал несколько прядей длинных волос, согрел теплом и пропал. Первой была мысль о том, что в деревню вернула Чжен.