Отравленные страстью

Согласно ему, если Финнниан не нападет на волшебниц, то умрет в течение года.

Анхель недоуменно моргнула.

– А это так?

– Пророчество верно на сто процентов.

– И кто ему рассказал? – Анхель враждебно уставилась на Кибелу, которая невозмутимо пожала плечами. – Ты? Не ожидала такой подлости.

– Я жрица Клото, а не личный наперсник волшебниц, – отрезала та. – Я сохраняю баланс среди алвианцев, и мне все равно, что ты там думаешь. Скажи спасибо, что я тебя предупредила.

– О, спасибо, – язвительно произнесла Анхель.

 – Мне поклониться?

– Побереги силы для Финниана. Он настроен решительно.

– Ты можешь произнести пророчество целиком?

– Конечно. Слушай: если тень от крыльев Хэйвен не накроет, если кровь волшебниц лицо демона не умоет, то к концу года он примет заклятие, и унесется к Смерти в объятия.

– Звучит как дурацкий стишок, – отметила Анхель. – Так ему обязательно нападать? Я могу одолжить немного кровушки, пусть умоется и полетает над Хэйвеном.

Кибела покачала головой.

– Это так не работает, ты же знаешь.

Кроме того, я подозреваю, что Бастиан присоединится к нему.

Бастиан, король самой огромной Демонархии, был заклятым врагом волшебниц. Именно его кузен напал на Хэйвен двести пятьдесят лет назад, обманув юную Софи, и был убит Анхель. Бастиан, взошедший на трон после смерти Брана, поклялся отомстить, и с тех пор Эш-Дезерт вел непрерывную войну с Хэйвеном.

Вот почему ежемесячно Анхель тратила целое состояние, чтобы ведьмы обновляли магический барьер вокруг замка, не говоря уже о покупках всевозможных артефактов и амулетов.

– Отлично. Что-нибудь еще?

Кибела округлила глаза, мрачно оглянулась и прошептала:

– Ходят слухи, что некий старый вампир собирает вокруг себя других обращенных.

– Зачем?

Вампиры всегда существовали сами по себе. Как правило, новообращенные не могли сдерживать жажду крови, и сходили с ума, становясь упырями уже через несколько лет после обращения. Таких убивали, чтобы держать в тайне существование Алвиана.

Те немногие вампиры, кто ухитрялся сохранить разум, жили поодиночке, прячась от солнца, и среди других алвианцев не пользовались уважением.

Если ты один – ты слаб.

– Ну, – Кибела облизала губы, – может быть, он просто хочет завести друзей?

– Бель.

– Ладно. Его зовут Димитар, но он любит, когда к нему обращаются согласно титулу.

– Это как? – заинтересовалась Анхель.

– Князь Димитар, – охотно поведала Кибела. – И он уже собрал внушительную армию.