Полное собрание сочинений. Том 20. Анна Каренина. Черновые редакции и варианты

[39 - На полях против этих слов написано: Дамы пасъ. Мущины вс? глядятъ на нее.] И когда она заговорила своимъ яснымъ, отчетливымъ, безъ одной недоговорки или картавленья голосомъ, всегда чрезвычайно прiятнымъ, но иногда густымъ и какъ бы воркующимъ, нельзя было, глядя на ея удивительныя не костлявыя и не толстыя мраморныя плечи, локти и грудь, на[40 - Зачеркнуто: тончайшiя] оконечности, ловкую силу движенiй и простоту и ясность прiемовъ, не признать въ ней, несмотря на некрасивую небольшую[41 - Зач.: съ огромными волосами] голову, нельзя было не признать ее привлекательною.

На поклонъ[42 - Зач.: Гагина] Вронскаго она отв?чала только наклоненiемъ[43 - Зач.: головки] головы,[44 - Зач.: и, блеснувъ на него долгимъ взглядомъ из-за черной рамки р?сницъ,] но слегка покрасн?ла и обратилась къ хозяйк?:

– Алекс?й не могъ раньше прi?хать, а я дожидалась его и очень жал?ю.

Она смотр?ла на[45 - Зачеркнуто: жалкую, некрасивую, сутуловатую, маленькую фигуру мужа – не стараго бритаго б?лаго, б?локураго мущину] входившаго мужа.

Онъ съ т?мъ наклоненiемъ головы, которое указываетъ на умственное напряженiе, подходилъ л?нивымъ шагомъ къ хозяйк?.[46 - Зач.: мямля что-то непонятное. Алекс?й Александровичъ былъ одинъ изъ т?хъ людей, преданныхъ страстно умственному труду, но открытыхъ ко вс?мъ <наслажд[енiямъ]> благамъ мiра людей и спецiалистовъ и вм?ст? съ т?мъ тонкихъ и умныхъ наблюдателей, но которыхъ, благодаря ихъ вн?шнему труженническому виду, ихъ случайной разс?янности, такъ охотно подводятъ подъ одну общую категорiю д?льныхъ и занятыхъ ученыхъ людей или чудаковъ или даже дурачковъ и которые потому р?дко пользуются]

Алекс?й Александровичъ не пользовался[47 - В рукописи дальше слово: т?мъ, по контексту связанное с зачеркнутым текстом и, видимо по рассеянности, здесь Толстым не зачеркнутое.

] общимъ вс?мъ людямъ удобствомъ серьезнаго отношенiя къ себ? ближнихъ. Алекс?й Александровичъ, кром? того, сверхъ общаго вс?мъ занятымъ мыслью людямъ, им?лъ еще для св?та несчастiе носить на своемъ лиц? слишкомъ ясно выв?ску сердечной доброты и невинности. Онъ часто улыбался улыбкой, морщившей углы его глазъ, и потому еще бол?е им?лъ видъ ученого чудака или дурачка, смотря по степени ума т?хъ, кто судилъ о немъ.

Алекс?й Александровичъ былъ челов?къ страстно занятый своимъ д?ломъ и потому разс?янный и не блестящiй въ обществ?. То сужденiе, которое высказала о немъ толстая дама, было очень естественно.

* № 2 (рук. № 3).

<2-я часть.>

I.