Тексты

Рекламные щиты бессмысленно излучали свои слоганы в ночную изморось. Перед светофором нас справа обогнал какой-то тип на «девятке», который несся далеко за сто. Я уже знал, что Витька некоторое время рисовал такие вот щиты, то есть делал их макеты, иногда придумывал идеи. Они с сестрой долго работали в одном агентстве, потом сестренка уволилась, стала соучредителем другой фирмы, и их служебные пути разошлись. Иногда они виделись. Витька был неудачно женат, пил, пытался писать картины.

В последний год он ушел из семьи, собирался участвовать в каких-то выставках, снял квартиру в том городишке, куда мы ехали, – денег для того, чтобы снять квартиру в Москве, у него, видимо, не было. И, глядя, как в брызгах воды впереди исчезала дурная «девятка», я подумал, до чего странно устроена жизнь. Кто-то вот так вот тупо, нагло и безбашенно рискует всю жизнь и, здоровый и тупой, доживает до старости, а кто-то спокойный, славный и незаметный погибает из-за глупейшего стечения обстоятельств.

– Ну и чего мы, собственно, туда едем? – в очередной раз спросил я. Спросил скорее для того, чтобы отвлечь сестру. Наверное, на ее месте я поступил бы так же: не зацикливаясь на переживаниях, поехал, начал что-нибудь выяснять. В такой ситуации, наверное, главное – что-то делать.

– Хочу проститься, – решительно заявила сестра. – На похороны мне идти нельзя, тогда все поймут, но мне обязательно нужно успеть проститься.

– Ты представляешь, с чем ты будешь прощаться? – счел уместным предупредить я. Понимая, что чужие сомнения никак не повлияют на ее решимость.

– Представляю. Он лежал больше месяца, пока не стаял снег. И его вскрывали. Но понимаешь, я же больше его не увижу.

– То, что ты увидишь, уже давно не он, – мягко намекнул я, на что услышал неожиданно громкое:

– А так мне и надо!

Сестра сжала губы и уже в который раз сообщила мне, какая она сволочь и каким замечательным человеком был он.

– И почему это понимаешь так поздно?! Когда человека нет. Видишь все, видишь! Видишь, каким он был, и такая пустота, – всхлипнула она. – Он написал мне такие стихи!

Но стихов я так и не услышал. Потому что в этот момент толстый суровый мент вышел из своей стеклянной будки поста ГИБДД и презрительно махнул мне палкой.