Папуля

Занятия вел бывший актер за пятьдесят, моложавый для своих лет. Тони, загорелый блондин, от своих подопечных требовал безусловной преданности, и, на взгляд Элис, это было чересчур. Занимались они в местном клубе по интересам, в зале с дощатым полом, где вдоль стены стояли складные стулья. Ученики ходили по залу в носках, и запах стоял там влажный, домашний. Тони держал чай редких сортов, и чаепития превратились в настоящий ритуал. «Спокойствие», «Крепкий сон», «Заряд бодрости». Ученики, сжимая в ладонях кружки, шумно вдыхали аромат – каждому хотелось, чтобы чай у него был вкуснее, чем у соседа.

Разыгрывали этюды, делали упражнения, разучивали бредовые скороговорки, повторяли друг за другом движения, а Тони смотрел, сидя на раскладном стуле, и обедал – выуживал из пластиковой миски мокрые листья салата, поддевал вилкой зеленые бобы.

Одно упражнение Тони называл «Собачья площадка» – они расхаживали по залу стайкой, заглядывая друг другу в глаза.

– Иэн, – говорил Тони с места, усталым голосом, – мы не изображаем собак, спрячь язык.

Каждое утро Элис получала по электронной почте вдохновляющую цитату от Тони:

НЕТ ТАКОГО СЛОВА «ПОПРОБУЮ» – ИЛИ ДЕЛАЕШЬ, ИЛИ НЕТ.

ДРУЗЬЯ – НАШ ПОДАРОК САМИМ СЕБЕ.

Элис не раз пыталась отписаться от рассылки. Писала руководителю студии, потом – самому Тони, но цитаты все равно сыпались в почтовый ящик. Вот сегодняшняя:

СТАРАЙСЯ ДОПРЫГНУТЬ ДО ЛУНЫ.

И ЕСЛИ НЕ ПОЛУЧИТСЯ – ХОТЯ БЫ УПАДЕШЬ НА ЗВЕЗДУ.

Элис, к стыду своему, узнавала на улицах знаменитостей.

Как ни старалась она отводить глаза, взгляд невольно к ним возвращался – сразу ясно, что они звезды, даже если не знаешь имен. Было в их чертах что-то знакомое, притягательное. Даже третьеразрядных актеров она узнавала, их лица без труда извлекались из памяти.

В тот день в магазин зашла женщина – не актриса, жена актера, знаменитого, всеми любимого, хоть он и был неказистый, бледный. Жена тоже была страхолюдина. Дизайнер украшений. Элис это откуда-то знала, как и ее имя, – просто знала, и все.

Пальцы в кольцах, на груди серебряная подвеска. Наверное, ее собственной работы, подумала Элис и представила, как эта женщина, дизайнер украшений, ведет машину по залитой солнцем улице и решает завернуть в магазин, как будто время – тоже ее богатство, и она вольна им распорядиться как угодно.

Элис подлетела к женщине, хоть та и была в секторе Уны.

– Вам помочь?

Женщина обратила к Элис простоватое лицо, заглянула в глаза.