Папуля

 – Смотрите!

У пса под носом кусок курицы, а он на нее и не глядит.

– Он у нас теперь киборг, – сказала Саша.

– Может, он ее не видит? – предположила Хлоя. – Вдруг он ослеп?

– Со стола ничего ему не давай, – нахмурился Джон.

– Теперь-то уж все равно.

– Не говори так.

– А вы представьте себя на месте собаки, – сказала Саша. – Когда уже готов умереть – и вот на тебе, вспороли брюхо, вставили какую-то хрень, и живи себе дальше! Может, ему это в тягость.

Джон и сам об этом думал однажды, на прогулке с Зеро.

Посмотреть на него – страдалец, тащится на поводке, приминая бледно-розовым брюхом сырую траву; ужас берет при мысли, что люди творят с животными – делают их рабами своих прихотей, насильно держат в живых до Рождества. И детям, если вдуматься, на собаку плевать.

– Не в тягость, а в радость. – Сэм небрежно потрепал Зеро за ухом. – Ему хорошо.

– Полегче, Сэмми, полегче.

– Хватит, ему же больно! – возмутилась Хлоя.

– Ради бога, угомонись! – Сэм так качнулся на стуле, что тот жалобно скрипнул под ним.

– Ну вот, взял и разозлил собаку, – нахмурилась Хлоя. Зеро поплелся к замызганному креслу, служившему ему постелью, и улегся на подстилку из искусственного меха, поглядывая на них и вздрагивая.

– Он нас ненавидит, – сказала Саша. – Лютой ненавистью.

* * *

Каждый год под Рождество они смотрели один и тот же фильм. Джон откупорил бутылку красного и отнес в гостиную, ну и пусть никто уже не пьет, только он с Сашей.

Линда сделала на плите попкорн, он чуть подгорел. Джон достал со дна миски несколько целых зернышек и перекатывал на языке, высасывая соль.

– Включаем, – сказал он. – Пора начинать.

– Все готовы? Где Саша?

Хлоя, сидя на полу, дернула плечом.

– С Эндрю разговаривает.

Открылась входная дверь, Саша зашла в гостиную заплаканная.

– Говорила же, начинайте без меня.

– Вот что, Саша, съездим-ка завтра, приоденем тебя, – предложила Линда. – Торговый центр открыт.

– Посмотрим, – отозвалась Саша. – Можно и съездить. – И растянулась рядом с Хлоей на ковре. Телефон подсвечивал ей лицо, пальцы так и бегали, набирая текст.

Джон и забыл, что фильм такой длинный, совсем не помнил начало – Флориду, побег с поезда. Один из актеров голубой, кто бы теперь сомневался! Генерал в отставке, гостиница, заснеженный Вермонт; Джон разомлел от удовольствия: гостеприимное Восточное побережье, где все здоровьем так и пышут.