Командир поневоле

Внезапно руки девушки обвили меня за шею, а её лицо, с широко распахнутыми глазами и приоткрытыми губами оказалось очень близко…

Несколько секунд мы смотрели друг-другу в глаза, а затем она смущенно отвела взгляд, держась за меня, выпутала ногу и, встав на землю, медленно расцепила кольцо рук, скользнув, напоследок, ладонями по гамбезону.

– Спасибо, – покрывшись пунцовым румянцем, пробормотала скороговоркой, а затем умчалась к своим, стараясь не оглядываться.

Задумчиво проводив её взглядом, пару раз повращал на пальце инквизиторское кольцо, но больше ничего делать не стал.

– Что, приревновали? – спросил, хитро прищурившись.

– А что она вешается на тебя, как какая-то… – буркнула Эльза.

– Ну вы же видели, что у неё нога запуталась.

– Да, да, конечно, – вклинилась Рийя, – что я не понимаю что-ли, что это не нога у неё запуталась, а в другом месте зачесалось.

– Вы преувеличиваете. И хватит пока разговоров, привал короткий, а коням нужен отдых.

* * *

Когда, уже в гарнизоне, представлявшем собой маленькую крепость, с единственной башней по центру и квадратом высоких стен с пристроенными к ним казармами и конюшней, они определились на постой, и девчонки, по обыкновению, решили помочь своему господину разоблачиться.

Каково же было их удивление, когда, внезапно, из кармашка гамбезона выпала вложенная туда записка.

Вовремя среагировавшая Каррин, тут же наступила на неё ботинком, пока Павел не увидел, а затем аккуратно подняла, положив себе в карман и многозначительно переглянувшись с остальными.

Казармы были наполовину пусты, поэтому, дружно пожелав господину спокойной ночи, они зашли в выделенную им по соседству, рассчитанную на шестерых комнату. Усевшись на кроватях, переглянулись и Эльза, на правах старшей, потребовала, – Читай.

Развернув записку, Каррин вгляделась в мелкий почерк, хмыкнула, а затем повторила вслух, – Дорогой Павел, приходи сегодня в полночь на конюшню.

– Вот шлюха! – рубанула воздух ладонью Мерв, – только Пашу увидела и сразу ноги побежала расставлять. На конюшню зовёт. Хочет, небось, чтобы взнуздал кобылку.

– Фу, – передёрнула плечиками не готовая к подобным грубостям Отришия, – не говори так.

– Считаешь, она его зовёт лошадиные масти пообсуждать?

– Нет, – девушка чуть покраснела, но решительно ответила, – я тоже думаю, что она хочет с ним ну… это самое.