Тайга: андроиды

Он сделает так, что сегодня она выспится.

Антон прилег рядом. Не касаясь кожи, он провел ладонью над ее плечом, спустился к талии, потом к бедру, потом снова вверх, пока чувство тепла в его ладони не перешло в жжение. Но ему не было больно. Антон разделил огонь на двоих, и Туяра, посапывая, заворочалась во сне. Позвонки на ее спине зашевелились – три, четыре, восемь косточек появились и спрятались в ложбинке, ее плечо поднялось и опустилось.

– Помнишь шаманку?

Ни единого звука не покинуло его рта, но Туяра услышала.

Она всегда слышала. Ее кровь еще хранила в себе коды, по которым она распознавала беззвучный язык тайги. Порой Антон думал, что они с Туярой могли разговаривать, не произнося ни слова. В ней был заложен ген предков, ее якутская суть. В нем же говорила его мать тайга, для которой он стал желанным сыном. Разные по крови, они с Туярой несли в себе одну душу леса.

– Помню. – Туяра пошевелилась во сне и вздохнула. Ее черные волосы заскользили по белой подушке, длинные пряди свернулись кольцами, и луна дотронулась до этой черноты, озарив ее холодным светом.

Время отсчитало десять лет в прошлое.

***

Туяра сама пилотирует маленький тренировочный самолет. Она давно хотела свозить Антона в Алдан. Ранним утром здесь еще тихо, местные жители заняты своими делами.

– Придется идти пешком в гору, – предупреждает она.

Шасси коснулись асфальта, Антона тряхнуло.

– Лучше бы я вел, – в те дни еще майор, Лебедев потер ушибленную руку: он ударился о приборную панель.

– Да брось ты, я и сама прекрасно справилась.

На языке якутов ее имя значит «воздушная». С тех пор, как она села за штурвал, Туяра не представляет себе жизни без неба, и Антону это нравится. Когда он касается ее, он чувствует в ней силу, от которой у него перехватывает дыхание.

И вот они идут тропами, ведущими от подножия горы к ее вершине. В паре километров от них виднеются натянутые канаты горнолыжных подъемников. Заброшенные круглые люльки болтаются в воздухе.

Зимы стали теплее, и снег появляется ненадолго, а место лыжных трасс снова начал занимать лес. Лиственницы, еще молодые, с мягкими иголками и красными шишками, разрастаясь год от года, верхушками уклоняются от канатов подъемников, а лапы весело хлопают по крышам домиков лыжной базы.

– К ней нельзя так запросто, нужно подняться, проявить волю, пересилить себя. Чем труднее путь ты выберешь, тем благосклоннее она будет. – Туяра ведет их едва заметной тропой.