Полное собрание стихотворений

И тени их баюкают мой сон

В ночь летнюю, колдуя мозг певучий.

Им флейтой сердце трелит в унисон,

Лия лучи сверкающих созвучий.

Слух пьет узор ньюансов увертюр,

Крыла ажурной грацией амур

Колышет грудь кокетливой Филины.

А вот страна, где звонок аромат,

Где персики влюбляются в гранат,

Где взоры женщин сочны, как маслины.

1908

НА CMEPTb МАССНЭ

Я прикажу оркестру, где-нибудь в людном месте,

В память Масснэ исполнить выпуклые попурри

Из грациоз его же. Слушайте, капельмейстер:

Будьте построже с темпом для партитур -

“causerie”![6 - Непринужденный разговор (фр.

Принцем Изящной Ноты умер седой композитор:

Автор “Таис” учился у Амбруаза Тома,

А прославитель Гете, – как вы мне там ни грозите,-

Это – король мелодий! Это – изящность сама!

Хитрая смерть ошиблась и оказалась не хитрой,-

Умер Масснэ, но “умер” тут прозвучало, как “жив”.

Палочку вверх, маэстро! Вы, господа, за пюпитры!-

Мертвый живых озвучит, в творчество душу вложив!

Веймарн

1912.

III. ЗА СТРУННОЙ ИЗГОРОДЬЮ ЛИРЫ

ИНТРОДУКЦИЯ

ТРИОЛЕТ

За стрункой изгородью лиры

Живет неведомый паяц.

Его палаццо из палацц -

За струнной изгородью лиры…

Как он смешит пигмеев мира,

Как сотрясает хохот плац,

Когда за изгородью лиры

Рыдает царственный паяц!..

1909

НЕРОН

Поверяя пламенно золотой форминге

Чувства потаенные и кляня свой трон,

На коне задумчивом, по лесной тропинке,

Проезжает сгорбленный, страждущий Нерон.

Он – мучитель-мученик! Он – поэт-убийца!

Он жесток неслыханно, нежен и тосклив…

Как ему, мечтателю, в свой Эдем пробиться,

Где так упоителен солнечный прилив?

Мучают бездарные люди, опозорив

Облик императора общим сходством с ним…

Чужды люди кесарю: Клавдий так лазорев,

Люди ж озабочены пошлым и земным.

Разве удивительно, что сегодня в цирке,

Подданных лорнируя и кляня свой трон,

Вскочит с места в бешенстве, выместив в придирке

К первому патрицию злость свою, Нерон?

Разве удивительно, что из лож партера

На урода рыжего, веря в свой каприз,

Смотрят любопытные, жадные гетеры,

Зная, что душа его – радостный Парис?

Разве удивительно, что в амфитеатре

Все насторожилися и задохся стон,

Только в ложе кесаря появился, на три

Мига потрясающих, фьолевый хитон?

1911

СОНЕТ

Я коронуюсь утром мая

Под юным солнечным лучом.