Искупление пороком

Была поздняя осень. На зиму они всей семьёй перебрались в родовое поместье, и поэтому лишенный привычных дел старший Стаффорд сконцентрировал всё своё внимание на воспитании сыновей. Однажды вечером Томас и Ричард спрятались от отца, который весь день изводил их придирками и наставлениями. Ни минуты не сомневаясь, Томас изложил Ричарду свой план избавления от ненавистного родителя. Поначалу мальчик, которому тогда едва исполнилось одиннадцать лет, воспринял идею брата с воодушевлением. Он, так же как и Томас, ненавидел отца и мечтал освободиться от него.

Обрадованный настроем Ричарда, Томас поручил ему прокрасться ночью в спальню отца и вылить яд в графин, из которого старый Стаффорд пил воду. Ричард взял у брата заветный флакон из голубоватого стекла и спрятал его в кармашке на груди. Ночью же, когда Томас пришёл разбудить его, мальчик вдруг передумал. Он притворился крепко спящим, а флакон положил так, что Томас не смог его отыскать в темноте.

На следующее утро Ричард старательно избегал брата. Он даже провёл некоторое время в кабинете с отцом, чтобы только не попадаться брату на глаза.

Но тот всё же отыскал его. Томас был умнее, он прекрасно понимал, что брат всего лишь испугался. Поэтому, разыскав Ричарда, он заговорил с ним так, словно бы ничего не случилось. Это очень успокоило мальчика, и тот, забыв про свои опасения, согласился погулять с братом. Томас увел его к дальней границе поместья. Оба они любили приходить сюда время от времени, так как здесь, вдали от отца и прислуги, ощущали себя полностью свободными. Направляясь туда в тот день, Томас не планировал ничего плохого, он хотел лишь переговорить с братом без посторонних глаз, успокоить его и убедить в том, что всё, что они решили вчера, правильно и справедливо. Но Ричард оказался куда упорнее, чем мог предположить Томас. Он не мог превозмочь страх перед старым Стаффордом, не желал помогать Томасу, и, более того, испугавшись настойчивости брата, Ричард заплакал и сказал, что расскажет обо всём отцу. Томас вскипел. Гнев захватил его настолько, что он бросился на прежде горячо любимого брата, повалил его на землю и принялся душить. Томас отпустил Ричарда только тогда, когда почувствовал, что тело ребёнка под ним вдруг обмякло. Какое-то время Томас не мог осознать, что же произошло. Не понимая, как это случилось, он смотрел на лежавшее на земле тело брата. Неизвестно, какие именно эмоции он ожидал получить от подобного убийства, но, совершив его, Томас вдруг понял, что не чувствует ничего.