Последнее наказание

В своем гадании она видела далекое путешествие, и почему-то мне казалось, что это было именно оно, то самое дальнее, самое опасное и самое последнее путешествие в моей жизни.

И все же я пыталась отогнать от себя дурные мысли, понимая, что не всегда то, что нам кажется, бывает действительностью. Я беспрестанно уверяла себя в том, что это только мое разыгравшееся воображение рисует связь между этой недолгой поездкой к тете и той дальней дорогой, что предвещала старушка. Как ни хотелось мне, мысль о том предсказании не покидала мое сознание и не давала по достоинству оценить все красоты, что окружали меня на пути к судьбе.

Даже сама природа, казалось, поддерживала мое пасмурное настроение. Небо было хмурое и тяжелое, постоянно шел мелкий неприятный дождь, который временами усиливался, постепенно переходя в противный ливень. Солнце выглядывало крайне редко и очень быстро вновь скрывалось за тучами, а после таких кратких мгновений тепла обычно начиналась гроза. Мама списывала мою тоскливость и неразговорчивость на погоду, не раз восклицая о том, что, как только мы прибудем в Амстердам, и погода немного наладится, я смогу по достоинству оценить все прелести предпринятого нами путешествия.

Ночевать мы останавливались на постоялых дворах, где было так грязно и неуютно, что я, ворочаясь всю ночь напролет на жесткой, пахнущей потом и клопами постели, никак не могла ни отдохнуть, ни тем более выспаться. Я совершенно не имела возможности привыкнуть к шумной, но отнюдь не веселой атмосфере этих мест.

Особенно не нравился мне запах, так как в постоялых дворах всегда пахло дешевой выпивкой, немытыми телами, напряженным ожиданием и скрытыми, сдавленными недобрыми мыслями.

Перед входом на очередной постоялый двор Петрус всегда придавал себе вид отчаянного знатока сих мест и с немалой важностью напоминал нам с мамой о том, что здесь нужно быть начеку, что тут много воров и прочих плохих личностей, которые могут возжелать доставить нам какие-либо неприятности.

Не могу сказать, что мы с мамой как-то нуждались в этих напоминаниях, но самодовольный вид Петруса, произносящего подобные речи, нас весьма забавлял, и поэтому мы не воспрещали ему обращаться к нам в эдакой наставительной манере. Конечно, временами Петруса отправляли из дома в ближайший город за продуктами или с какими-либо посланиями, и ему приходилось останавливаться переночевать на том или ином постоялом дворе.