Тайны «Монастырского приюта»

– Ничего страшного! – объяснил татуированный лейтенант, запахивая полы шелкового халата с изображением китайских драконов. – Настенька благополучно скончалась.

На его лице, словно высеченном из гранита, проступила довольная улыбка. Конечно, чего делать трагедию из-за таких пустяков! Установилась совсем уж нехорошая тишина.

– Как?! – вскричал импульсивный Багрянородский.

– Наверное, на нее случайно наступили ногой, – вновь пояснил Дембович. – Или от старости.

– Что за чушь вы несете? – возмутился Сивере.

– Ошибаетесь, далеко за сорок. Если не все шестьдесят, – возразил морпех. – Впрочем, точного возраста я не знаю. Да и какая разница?

– И вы говорите об этом столь спокойно? – изумился Прозоров. – Уважаю. Сам такой.

– Нонсенс, – резюмировал князь Романов. – Двадцать первый век.

– Век конца веков, – добавил старик-гриф.

– Кто же мог ее раздавить и какая, в таком случае, должна быть величина ноги? – пробормотал Сивере, замечая, что удивление постояльцев идет почему-то на спад.

– Да кто угодно мог! – почти радостно прокричал Дембович. – Она тут везде ползала. А уж как мне надоела, – выразить не могу.

Сивере посмотрел на Прозорова, а тот только покрутил пальцами у виска.

– И зачем только мы ее взяли с собой? – продолжил Дембович. – Надо было оставить соседке. Но, видите ли, для Оленьки она была вроде талисмана. С детства не расставалась с ней.

– Вы о ком? – чувствуя себя полным идиотом, спросил историк.

– О черепашке, конечно. О Настеньке.

Дверь в его номер открылась, на пороге появилась заплаканная супруга. На ладони держала черепашку с мертвой уродливой головкой. Все расступились.

– Стас, похорони ее где-нибудь, – горько произнесла Ольга. – Извините, что я вас всех потревожила. Вы не представляете, что значит потерять любимое существо.

– Где уж нам! – буркнул князь. – У меня Сталин собственноручно отца в тридцать седьмом году расстрелял. А было мне тогда всего два годика.

– Нет, правда? – переспросил Багрянородский. – То-то смотрю, вы мне кого-то напоминаете. Я без политесов: какая из царских княжон ваша бабушка?

– Пятая, незаконнорожденная, звали ее Василиса, – горделиво ответил наследный принц. Багрянородский всплеснул руками и подмигнул Сиверсу. Останки черепашки перекочевали в карман халата Дембовича. Оленька вытерла слезы.