Полное собрание стихотворений

9/22 июня 1902

Венеция

Венеция

Почему под солнцем юга в ярких красках и цветах,

В формах выпукло-прекрасных представал пред взором прах?

Здесь – пришлец я, но когда-то здесь душа моя жила.

Это понял я, припомнив гондол черные тела.

Это понял, повторяя Юга полные слова,

Это понял, лишь увидел моего святого Льва!

От условий повседневных жизнь свою освободив,

Человек здесь стал прекрасен и как солнце горделив.

Он воздвиг дворцы в лагуне, сделал дожем рыбака,

И к Венеции безвестной поползли, дрожа, века.

И доныне неизменно все хранит здесь явный след

Прежней дерзости и мощи, над которой смерти нет.

1902

Венеция

Памяти И. Коневского

Блажен, кто пал, как юноша Ахилл,

Прекрасный, мощный, смелый, величавый,

В начале поприща торжеств и славы,

Исполненный несокрушенных сил!

    В. Кюхельбекер

И ты счастлив, нам скорбь – тебе веселье,

Не в будничных тисках ты изнемог,

Здесь на земле ты справил новоселье,

И празднично еще горит чертог.

Ты жаждал знать. С испугом и любовью

Пытливым взором ты за грань проник, —

Но эти сны не преданы злословью,

Из тайн не сделано тяжелых книг.

Ты просиял и ты ушел, мгновенный,

Из кубка нового один испив.

И что предвидел ты, во всей вселенной

Не повторит никто… Да, ты счастлив.

Лишь, может быть, свободные стихии

Прочли и отразили те мечты.

Они и ты – вы были как родные,

И вот вы близки вновь, – они и ты!

Ты между них в раздольи одиноком,

Где тихий прах твой сладко погребен.

Как хорошо тебе в лесу далеком,

Где ветер и березы, вяз и клен!

3 октября 1901

Андрею Белому

Я многим верил до исступленности,

С такою надеждой, с такою любовью!

И мне был сладок мой бред влюбленности,

Огнем сожженный, залитый кровью.

Как глухо в безднах, где одиночество,

Где замер сумрак молочно-сизый…

Но снова голос! зовут пророчества!

На мутных высях чернеют ризы!

«Брат, что ты видишь?» – Как отзвук молота,

Как смех внемирный, мне отклик слышен:

«В сиянии небо – вино и золото! —

Как ярки дали! как вечер пышен!»

Отдавшись снова, спешу на кручи я

По острым камням, меж их изломов.

Мне режут руки цветы колючие,

Я слышу хохот подземных гномов.

Но в сердце – с жаждой решенье строгое,

Горит надежда лучом усталым.

Я много верил, я проклял многое

И мстил неверным в свой час кинжалом.