Игра воображения

Ноздри ее чуть вздрогнули, глаза чуть сузились, и, обдав бедного Клюва волной презрения и слабым запахом весенних цветов, она продолжила свой путь, ни разу не оглянувшись…

Оглушенный и потерянный, наш герой направил свои стопы в самое известное кафе ГОРОДА под названием “Поплавок”, куда иногда захаживал лично Президент для того, чтоб послушать джаз, и где по вечерам собиралась разношерстная

публика – представители богемы, дипкорпуса, спецслужб, а также лица без определенных занятий, и там напился. А после, на вопрос молоденькой журналистки, в связи с наступлением весны собирающей на улицах мнение народа о любви, Эрик произнес знаменательную фразу: “Любовь – это оружие массового поражения”.

Фраза была передана по телевидению и успеха не имела, потому что мало кто понял ее истинный смысл. Вечером у теперь уже бывшего циника и пофигиста Клюва поднялась температура. А утром, всмотревшись в зеркало, он не узнал самого себя. Раньше, то есть всего день назад, в зеркале отражался полный сил и нахальства молодой, крепко сбитый мужчина с внимательным прищуром темно-карих глаз, одинаково готовый как к наступлению, так и к обороне, в зависимости от ситуации. Вертикальная морщина на лбу говорила о склонности к глубинным размышлениям, шрам на правой щеке указывал на некоторое буйство характера, ранние морщинки вокруг глаз свидетельствовали об определенном лукавстве, довольно большой нос выдавал привычку совать нос не в свои дела, а также, по общему мнению, являлся самым верным признаком большой сексуальной потенции его обладателя. Конечно, за одну ночь нос сыщика не стал короче, а шрам не стал глубже. Просто теперь зеркало отразило неуверенного путника на неверной тропе любви… Но конечно же трехтысячелетний опыт предков в любви и войне не мог пройти бесследно. И именно этим утром Клюв решил, что будет бороться. Бороться до конца…

Днем он уже знал, где живет девушка. Для него, обладающего связями в полиции, спецслужбах, мэрии и везде, это не составило большого труда. Она жила в центре ГОРОДА, в старом доме на перекрестке улиц Поэта и Писателя.

Ее отец был известным специалистом по восточной философии, мать – художницей. Звали ее Мина, и за последние семь лет, с тех пор как ей исполнилось пятнадцать лет, из-за нее произошло четырнадцать массовых драк, три дуэли, правда, не на шпагах, а на ножах, два парня попытались покончить с собой, а один сошел с ума. И тем не менее никто не мог похвастать, что овладел ее сердцем. Кроме сумасшедшего.