Замогильные записки Пикквикского клуба

При таком неожиданном обороте дела, первою заботою двух приятелей было – выручить своих разбитых товарищей из колючей засады: процесс довольно затруднительный, кончившийся однако ж счастливым открытием, что благородные кости Топмана и Снодграса не потерпели значительного ущерба, и вся неприятность ограничилась только тем, что платье их было разорвано во многих местах. Второю заботою президента и его товарищей было – освободить лошадь от упряжи. Окончив эту многосложную операцию, путешественники медленно пошли вперед, ведя лошадь за узду и оставив среди дороги изломанную тележку.

Через час благополучного странствования, путешественники подошли к трактиру, уединенно стоявшему на большой дороге. Перед трактиром торчали копны сена, мильный столб, исписанный со всех четырех сторон, и колодезь с водопоем для лошадей. Сзади виднелся сарай, a за сараем – огород, где копался между грядами рыжеватый детина исполинского размера. К нему-то м?р Пикквик обратился с громким восклицанием:

– Эй, кто там!

Рыжеватый детина выпрямился во весь рост, разгладил волосы, протер глаза и обратил лениво-холодный взгляд на м?ра Пикквика и его друзей.

– Эй, добрый человек! – повторил м?р Пикквик.

– Чего надобно? – был ответ.

– Далеко ли до хутора Динглиделль?

– Миль семь или около того.

– Хороша дорога?

– Не так, чтобы очень.

Отделавшись этим лаконическим ответом, рыжеватый детина хладнокровно принялся за свою прерванную работу.

– Нельзя ли нам оставить здесь вот эту лошадь? – сказал м?р Пикквик.

– Можно ли вам оставить здесь свою лошадь: так, что ли? – сказал рыжий детина, опираясь на свой заступ.

– Так, именно так, – ласково говорил м?р Пикквик, подводя своего коня к плетню огорода.

– Эй, миссис! – заревел рыжий детина, бросая пытливый взгляд на чужую лошадь и выходя из огорода. – Миссис.

Высокая дородная женщина в голубом платье откликнулась на этот призыв.

– Нельзя ли нам поставить у вас свою лошадь, милая женщина, – спросил м?р Топман самым обворожительным тоном.

Милая женщина окинула пытливым взглядом незнакомых джентльменов; рыжий детина шепнул ей что-то на ухо.

– Нет, – сказала она наконец решительным тоном. – Я боюсь.

– Боитесь! – воскликнул м?р Пикквик. – Чегож вы боитесь?

– Было нам довольно хлопот в последний раз, – отвечала она, собираясь идти домой. – Нет, уж лучше поезжайте своей дорогой.

– Во всю жизнь мою я не встречал такой странной женщины, – сказал ошеломленный м?р Пикквик.