Из чаши

Но у нас выросло поколение, для кого именно резня и унижение слабых – норма. И я просто сделаю все возможное, чтобы это кровавое мурло осталось в Коразоне и не дошло до сохранивших человеческий облик… ладно, уходят. Все, на сегодня хватит. Нужно дать десантуре отдых, они сегодня герои. Всем секторам, укрепляемся. И пусть гаубицы напоследок подсыпят им, чтобы забыли о контратаках. Похоже, Иван, вам еще и завтра, и послезавтра будет что снимать. А сейчас мне нужно в туалет.

Коразон-дель-Фуэго пал только в ночь на девятнадцатые сутки штурма. Еще оставались отдельные очаги сопротивления, но потрепанные войска докатились до окраины и там встретились со свежими частями из оцепления. Потери были ощутимые, особенно когда мятежники исхитрились взорвать в подвале одной из офисных башен бомбу, обвалить небоскреб и похоронить сразу больше ста солдат. Но число убитых и пропавших среди населения города и повстанцев было куда больше десятка тысяч.

После взятия города началась работа по разбору руин, разминированию, помощи раненым, раздаче еды жителям. Прибыло и множество полицейских, а также агентов планетарной службы безопасности. Далеко не все мирные жители Коразон-дель-Фуэго покинули город перед штурмом и во время него, когда армия давала это сделать. Были те, чьих родных боевики взяли в заложники. Другим просто некуда было пойти в ледяных пустынях Лагарты.

Как оказалось, бойня в Коразон-дель-Фуэго была не единственным элементом в плане «Ацтлана». Пока армия разрушала городские кварталы, продолжались митинги и забастовки по всей планете. Причитали над жестокостью режима журналисты, особенно те, кого выгнали из зоны военной операции за симпатии к боевикам. Бурлила негодованием латинская диаспора на других планетах. Дебаты шли даже в Верхней Палате Галактического Конгресса на Ялусе, где вершилась судьба всего человечества.

Через неделю после взятия Коразона, когда правительство свернуло информационную блокаду и включило в городе Олнет, тут вся общественность и взвыла от вида развалин и страдающих горожан. Крупные межзвездные корпорации, у кого было много испаноязычной рабочей силы, испугались, что бунт выйдет за пределы Лагарты и они потеряют прибыль.