(Э)сатори. Чертог Тура

При этом никакой паники сам пожар не вызывает. Только бесконечную жалость к страдающим и чувство отвращения к себе – из-за беспомощности, ведь между нами толстая стена и настоящий ад…

Звонкий удар, а за ним хлопок, явно выстрел. Крики смолкли, зато послышалось гудение – очень неприятное и постепенно нарастающее.

Ещё хлопок, но более глухой, где-то далеко, и картинка померкла…

Я проснулся, но ненависть к себе осталась. Дальше всё будет, как обычно, но прежде решаю полежать, не открывая глаз.

Потянуться, собраться с мыслями, ведь почти каждый мой день начинается с оборванного на подобном моменте ужастика. Можно сказать, моё стандартное, сука, утро!

Зато погода радует. Рассвет, свежо и ещё очень сыро. Так что торопиться ни к чему: дел на сегодня нет, да и мяса мне пока вполне хватает.

Глубокий вдох. Запах леса…

Если задуматься, это то немногое, что я действительно люблю. И не только сейчас, в новом мире, когда почти ничего другого попросту не осталось.

Лес во мне неизменно пробуждает самое лучшее.

С детства, будь то постройка шалаша, изготовление лука иль умчаться на день гонять в казаков-разбойников. Лес от моего дома тянулся на многие и многие километры, лишь иногда разбавляясь почти незаметными в его масштабах посёлками и городками вроде нашего.

Потом юность, нечто вроде секции по спортивному ориентированию при школе, где в программу входили вполне себе обычные месячные походы.

Но руководство школы не учло фактор свихнутого на всю башку учителя, а из взрослых только он, а вы в лесу…

В общем, занятия вроде стрельбы, охоты, поиска военных артефактов и прочей шняги по его широкому перечню выживальщика мне, ещё пацану, приглянулись быстро.

Три или четыре года подряд таскался с ним по всей центральной России, и везде что-то новое, что ему только в башку взбредало, и сколько из нас тогда пострадало, не счесть… Но не я.

Вылетел, помню, когда во время исполнения его любимого наказания – волшебный пинок – в самый подходящий момент толкнул висящий на мне ролик к своей жопе, то есть, навстречу его ноге. Крику, конечно, тогда было…

В результате мне пришлось от него убегать. Но я удрал, ведь чуть позже у него зафиксируют перелом. Но куда, собственно, было бежать-то в глухом лесу? Пришёл как миленький, и мне едва не оборвали уши.