Кощей бессмертный

Тут вошел и его старший зять Ясный Сокол – птичий царь, и началось у них веселье: стали они гулять, стал зять Ивана-царевича угощать… Пировали три дня, три ночи – напоследок начал Иван-царевич отпрашиваться: «Отпусти меня, милый зять, куда мне путь лежит». «А в какую сторону, Иван-царевич, ты свой путь держишь?» «Еду я искать свою суженую, Марью Моревну, ненаглядную красу, родителем мне пообещанную. Не знаешь ли, где ее царство?» Задумался Ясный Сокол – птичий царь. «По всему, кажись, белому свету я летал, а про Марью Моревну, твою суженую, и не слыхивал».

Вышел он на высокое крыльцо, свистнул молодецким свистом, крикнул-гаркнул громким голосом: «Эй, вы, слуги мои верные, птицы, летучие, собирайтесь, слетайтесь на широкий двор, держите мне ответ без утайки!»

Не черные тучи со всех сторон надвигалися, – слетался весь птичий народ, собралось птиц видимо-невидимо. Спрашивает их Ясный Сокол – птичий царь: «Все ли вы собрались сюда?» «Все до единой малой пичужки». – «Кто из вас, слуги мои верные, знает, где царство Марьи Моревны, ненаглядной красы, моего зятя суженой?» Молчит весь птичий народ, большой за среднего хоронится, средний за малого прячется, а от малого ответа нет – никто не знает, никто об Марье Моревне и не слыхивал.

«Прости, Иван-царевич; рад бы, да не могу я услужить тебе, – говорит Ясный Сокол – птичий царь. – Съезди к другим твоим зятьям: они не знают ли, где искать твою суженую».

Иван-царевич с сестрой, с зятем прощался, живо в путь собирался; сел на своего доброго коня и пустил вперед крысеныша.

Крысеныш вперед бежит, меж кореньев, камушков шмыгает – насилу Иван-царевич за ним во всю конскую прыть поспевает. Долго ли, коротко ли добрался царевич до двора другого своего зятя, Медведя – звериного царя. Зять с сестрой ему обрадовались; обнимали, целовали, всякими яствами, питьями угощали. А как стал он зятя про Марью Моревну спрашивать – царь Медведь отказывается: «Не знаю, – говорит, – никогда и не слыхивал. Соберу сейчас весь звериный народ, может, кто-нибудь и знает, где твоя суженая».

Собрались на царский двор все звери со всего света до самого малого мышоночка – только и из них никто не слыхивал про Марью Моревну.

Нечего делать, выпустил Иван-царевич лягушоночка и поехал за ним к третьему своему зятю – Змею. Лягушонок вперед скачет – насилу за ним Иван-царевич во всю конскую прыть поспевает. Долго ли, коротко ли доехал он до синего моря; на берегу стоят палаты белокаменные, серебром-золотом, скатным жемчугом изукрашенные.