Хулиганы с Мухусской дороги

Решил отойти – закрыл. Нужно разгрузить – нанял рабочих. Оттого и дел до других людей меньше. Но только не здесь. Среди мухусчан новому лицу скрыться практически невозможно.

Девушка посмотрела на грабителя. Ее поразило, что он, облаченный в кандалы в руках милиционера, не дрожал от страха, а сгорал от стыда. Он сам не понимал, как такое могло случиться. Как он, прежде такой аккуратный и предусмотрительный, продолжил сей спектакль, начатый столь загадочной особой.

– Извини, – сказал Алиас и резким движением отвернулся.

Он готов был пойти куда угодно – в тюрьму, в карцер, на эшафот. Лишь бы только уйти из центра общего внимания. Публика любила Алиаса, он это знал, оттого стыдился еще больше. Они, бедные люди, готовые уже завтра отправлять ему еду и сигареты в изолятор содержания, сочувственно наблюдали. Булавадзе не понимал, как в такой момент люди не аплодируют ему, а сожалеют преступнику. Он дернул руку и развернул Алиаса, посчитав, что ему решать в какую сторону идти. Алиас не сопротивлялся.

Он, несмотря на все провалившиеся и одну удачную попытку его задержать, уважал Отари Тариэловича. Уходя, он еще раз извинился, но на этот раз с теплой улыбкой.

И эта улыбка, как в самых фантастических романах, обдала героиню с головы до ног, отыскав каждую бегающую по организму дрожь и успокоив ее. Слезы, грозившие вырваться, растворились. Все страхи и смущения исчезли, как они исчезают у актеров при выходе на сцену. Теперь она была уверена, что именно она и именно в этом месте должна была быть в этом платье.

Она сочла, что обязана спасти молодого парня, пытавшегося ее ограбить.

– Прошу прощения! Этот парень, любитель глупых шуточек, – мой друг.

– Никакой он вам не друг. Такие, как он, не друзья, таким, как вы!

– Вы не имеете права арестовывать Эраста!

– Эраста? Вышла ошибочка. Его зовут Алиас, а не Эраст, – усмехнулся капитан.

– Вы будете решать, как мне называть моих любовников?

Такого поворота событий никто не ожидал. Алиас окаменел статуей, он уже согласен был провалиться сквозь землю.

Отари Тариэлович пристально взглянул на красивую, ухоженную и однозначно дороговато одетую девушку, потом на симпатичного, ухоженного, но при этом бедного Алиаса и затряс головой.

– Этот человек – грабитель! И я лично видел, как он пытался украсть. А вы приберегите сказки для других, у меня работы полно.

– Мой отец – юрист. И я кое-что понимаю в этих делах. Без заявления вы ничего не сделаете. Верните кошелек и отпустите друга.