Некромант-самоучка, или Форменное безобразие

Уж после всего произошедшего вновь приниматься за эксперименты мне боязно, а еще противно. Я нанесла значительный урон рыжему Дао-дво, пусть и неосознанно, но все же нанесла.

– Конечно да! Кто останавливается на полпути? – возмутился мой наставник и, взяв под локоток, отвел в сторону от кустов, заверил: – Только не ты, и не тогда, когда в твое распоряжение попадет целая библиотека по некромантии. – И чтобы окончательно меня вдохновить, порадовал: – А еще там проводят военный спецкурс для черных магов и смертников имперских игр.

Сказал и, сдавленно охнув, потер уши. Затем согнулся, притопнул ногой, и вслед за волосами стали белеть его брови.

– Старый ко… – Взгляд на меня и тихое: «хм» завершило ругательство. Многоликий медленно разогнулся и, гневно глядя куда-то в сторону богатого дома, прохрипел: – Слушай, Намина, и запоминай. Эксперименты ты не бросаешь, поиски не оставляешь, а главное, изучаешь все, что возможно. Тебе от дара нужно либо избавиться, либо закупорить до тех пор, пока не пожелаешь от него избавиться.

Дар пусть и смертельный, но является неплохой защитой. Поэтому второе предпочтительнее.

– Но почему? Вы же сами неоднократно говорили, что игры Смерти не для меня.

– Так и есть, но я не хочу, чтобы кто-то из кадетов обидел тебя в следующие три года.

– Погодите. – Я нахмурилась, чувствуя подвох. – То есть вы не будете против, если я найду, как усмирить свой дар, и продолжу образование?

– Конечно! – воскликнул метаморф, чьи ресницы также побелели. – Военная академия столицы Треда славится своим образованием и его заоблачной ценой.

Так почему бы за чужой счет не получить лучшее из возможного? Я уверен, ты успеешь до завершения срока, а потом просто утрешь кое-кому наглый крючковатый нос.

Несомненно, имелся в виду Тиши. И глядя на новоявленного альбиноса, усмехнулась.

– Хотите, чтобы род Дао-дво разорился, а грифон просчитался на мой счет?

– Очень хочу. Разорить не разорю, но хотя бы получу моральную компенсацию. – Он указал на свои абсолютно белые локоны, брови, ресницы и пробивающуюся белоснежную щетину.

Подмигнул. – Имею право.

– Имеете, – согласилась с улыбкой и, сняв перчатку с руки, прикоснулась к локонам ощутимо вздрогнувшего Кворга. – Тамани Анти а-то Теи, – произнесла я. – И простая формула восстановления вернула моему наставнику прежнюю черноту, закрасив даже те три седые пряди, что были у него с самого нашего знакомства.

– Вот так лучше!

– Лучше? – Он схватился за сердце и покачнулся.