Некромант-самоучка, или Форменное безобразие

Генерал, не генеральша?! Это что же… Она не только ноги у поверженных забрала, но и все, что промеж них?!

Последнее, кажется, произнесла вслух. Декан, хапнув воздуха, закашлялся, а затем и рассмеялся в голос. Смех он быстро подавил и украдкой смахнул набежавшие слезы, чтобы сообщить серьезным тоном:

– Намина, учитывая вашу политкорректность, вы идете в целители. Сейчас же переедете в другой корпус общежития и ключи через Севоя передадите.

– То есть я не права, она все же женщина?! – решила уточнить.

– Идите! – хохотнул магистр.

– Но…

– Ступайте, пока я не заразился идеей на три года закрыть вас в комнате. И запомните, к Сули вам лучше не подходить. С извинениями или без, через год или через три… Никогда.

– Но… знаете, вот это уже прозвучало обидно, я ведь не со зла, а всего лишь от незнания предположила.

– Кадет Сумеречная! Или вы немедленно уходите, или я отменяю свое предложение! – Лицо его потемнело, волосы зашипели, как тысяча змей, и я в испуге бросилась прочь.

А сзади звучит веселое:

– Таррах!

Переезд свершился в тот же день под тихое бурчание духа через эхо-порт о том, что в бывшей моей комнате на привязи сидела кука. Теневая или тенюшечка, как зовут ее в народе – мелкая зловредная нежить, подчиненная против воли. Вот она-то за духом и шпионила, и мастера-водопроводчика выгнала взашей, а почему меня за три ночи кошмарами не извела, так ни он, ни декан не поняли.

И, сообщив это, Нваг-нваг Севой заявил:

– Неприятное обстоятельство, своим появлением ты троим моральный ущерб нанесла, а сама осталась невредима.

– Да вы что, издеваетесь?! – возмутилась я, взявшись за неподъемную сумку.

– Как никогда серьезен. И прихожу к выводу, что либо кука с браком была, либо ты с чудом.

– С каким?

Неожиданно призрачный старичок объявился рядом со мной и в раздумье подергал свою хилую бороденку:

– Трудно сказать, но из-за чудесатости этой теневая тебя не тронула.

 – И хлопком ладоней дух-хранитель перенес меня в другое общежитие, ближайшую дверь распахнул, задвинул в нее мою сумку со «скарбом», приказал: – Входи.

– Но тут живут! – воскликнула я, увидев обстановку с ковровыми дорожками, занавесями, пледами на кровати и кресле у окна и даже с цветами в вазах.

– Уже не живут. Отчислена с третьего курса целителей.

– За что?

– За теневую.