ТЕРПИМОСТЬ

Проведя всю свою жизнь в армии, он считал, что слабое место заключалось в организации римской военной системы, которая поручала оборону отдаленных районов колониям солдат, которые постепенно утратили привычку сражаться и стали мирными крестьянами, продавая капусту и морковь тем самым варварам, которых они должны были держать на безопасном расстоянии от границ.

Диоклетиан не мог изменить эту древнюю систему. Поэтому он попытался решить эту трудность, создав новую полевую армию, состоящую из молодых и проворных людей, которых в течение нескольких недель можно было направить в любую конкретную часть империи, которой угрожало вторжение.

Это была блестящая идея, но, как и все блестящие идеи военного характера, она стоила ужасно много денег. Эти деньги должны были быть получены в виде налогов с жителей внутренних районов страны. Как и следовало ожидать, они подняли большой шум и крик и заявили, что не могут заплатить еще один динарий, не разорившись. Император ответил, что они ошиблись, и даровал своим сборщикам налогов определенные полномочия, которыми до сих пор обладал только палач.

Но все безрезультатно. Подданные, вместо того чтобы заниматься обычным ремеслом, которое гарантировало им голод в конце года тяжелой работы, покидали дом, семью и стада и стекались в города или становились бродягами.

Его величество , однако, не верил в половинчатые меры и решил проблему указом, который показывает, насколько полностью старая Римская Республика выродилась в восточный деспотизм.

Росчерком пера он сделал все государственные должности и все виды ремесел и торговли наследственными профессиями. – То есть сыновья офицеров должны были стать офицерами, хотели они того или нет. Сыновья пекарей сами должны стать пекарями, хотя у них могли бы быть большие способности к музыке или ростовщичеству. Сыновья моряков были обречены на жизнь на корабле, даже если они страдали морской болезнью, когда переплывали Тибр. И, наконец, поденщики, хотя технически они продолжали оставаться свободными людьми, были вынуждены жить и умирать на том же клочке земли, на котором они родились, и отныне были ничем иным, как самой

обычной разновидностью рабов.

Ожидать, что правитель, который был так уверен в своих способностях, мог или будет мириться с продолжением существования относительно небольшого числа людей, которые подчинялись только тем частям его правил и указов, которые им нравились, было бы абсурдно.