Люди и птицы

Недовольная свекровь ломилась в дверь, потом с негодованием замачивала носки в тазу и кричала, что в этом доме никто палец о палец не ударит, жены не выполняют своих обязанностей и все в квартире покрыто куделями шерсти.

Теперь злая тетка лежала в пластиковом мешке и силилась всхлипнуть или хотя бы разжать зубы. Она чувствовала, как остывают ноги и руки, как холодеет в груди и наполняется пустотой голова. Звуки наплывали волнами, становились все глуше. Хлопнули дверцы. Руки санитара расстегнули молнию и обшарили карманы.

Вынули ключи и отцепили пластиковый брелок, в котором плавали рыбки с большими глазами. И при жизни у нее не было красивых вещей… так что же удивляться теперь.

Таня влетела в подъезд, пулей взбежала по лестнице, почти взломала квартиру, захлопнула дверь – и только тогда почувствовала себя в относительной безопасности. Кинулась включать телевизор, чтобы не оставаться одной, но он отчего-то не заработал и остался безмолвным и темным. Таня вжалась в диван.

Между тем, сквозь стены и перекрытия панельной многоэтажки стали различимы шумы: шуршание, скрежет, далекие истошные крики, смех, стук падающих предметов.

Детский рев и бряцанье на пианино. Каждый из этих звуков возникал неожиданно и отдельно, но все вместе они складывались в гул идущего своим чередом процесса. За каждой стеной настойчиво теплилась жизнь.

Пятно на юбке. Вот так всегда… Похоже на кровь. Бр-р-р.

Она преувеличивала: абрикосовое варенье на кровь не похоже.

Есть расхотелось. Таня взяла тетрадь с ручкой, пристроилась к столу и начала писать в дневнике, иногда подолгу вглядываясь в темноту за окном.

Глава 2

Зачем нужна японка-любовница

Саша оторвался от сиденья с некоторым усилием. Что, безусловно, было началом расплаты за неспортивный образ жизни. Он ласково посмотрел на свою серебристую бмв и тихо пробубнил: ничего, делов-то на полдня максимум. Мастера в синих комбинезонах стали подходить издалека, взглядывать оценивающе. Один присвистнул:

– Кузовной…

– Как кузовной?!

Саша оторопел.

– Одна вмятинка на бампере! Откуда тут кузовной? Издеваешься?

– Никак нет! – отрапортовал молодой, взъерошенный, с блистающими черными глазами. Как две надраенные маслины. Саша взглянул на него подозрительно, нахмурился и отправился в офис заполнять бумаги.

В течение часа выяснилось, что машину дешевле будет разобрать на запчасти, чем восстанавливать. Маленькая вмятинка была свидетельством глубоких внутренних изменений.