Дорога к себе. Начало пути

И откуда он такой взялся? Фу-у-ух, нельзя же так, аж затылок стянуло…

Погладила саднящее место и вдруг поняла, что шишки как не бывало. Прямо чудеса. Так быстро зажила моя головушка, что не верится даже. И мигрень потихоньку проходит. Хах, смех – лучшее лекарство.

Глубоко вздохнула, успокаиваясь и все еще улыбаясь, и взглянула на ошарашенного спутника, не поддержавшего мое веселье.

– Успокойтесь вы, это просто выражение такое, – чуть смягчила я ситуацию, хотя взгляд у деда все равно остался сердитым, да и чего врать-то: от него действительно попахивало.

 – Лучше объясните мне, балбесу, кто такой бала?кши, а также сагот с Брати?мом и ха?ца… – замялась, припоминая это словечко, – га?ха… – нет, снова что-то не то. – Ну те, о которых вы пели. И почему я должен был с луны свалиться?

Однако мой радостный тон его не разморозил. Пришлось немного помолчать, наблюдая за стариком, продолжавшим сверлить меня взглядом. И затянувшаяся пауза дразнила нервы… Ладно, тогда еще пару вопросов:

– А еще я не против узнать ваше имя и что вы тут делаете?

Ага, только и на это дедуля не торопился отвечать.

Он долгое время очень внимательно смотрел на меня, словно боясь пропустить какую-то важную деталь, что ускользала от него всё это время. И глаза его казались ярче, чем прежде, прямо какими-то приклеенными ко всему его дедовскому прикиду.

– Сними маску, – тихо и совсем не своим голосом сказал старик, отчего я впялилась в его скрюченную фигуру с большим недоумением.

Что-то с ним было не так, только я никак не могла понять, что.

Правда, меня обрадовала его просьба, а то я начинала думать, что маска существует лишь в моем воображении.

– Зачем? – решила я уточнить, начиная тревожиться, ведь я была не в силах ее снять.

– Тебе трудно? – вновь раздался мягкий молодой голос, не подходивший деду, скорее, мужчине лет тридцати.

Снова коснулась маски, попыталась найти хоть что-то, за что можно было зацепиться, ну, кроме выпуклости, повторяющей форму носа, но лишь протерла ее перчаткой.

– Не могу, – качнула я головой.

Старик разочарованно цокнул языком и, обойдя меня стороной, устало двинулся вперед.

– Скоро нарвемся на оэнгеров, которые здесь из-за границы с хагаценами, – уже своим, хриплым голосом, произнес он, наградив еще одним непонятным словом. – К тебе будет много вопросов. Попробуем пройти вместе, но вдвоем дальше не пропускают. Пусть у тебя и звонкий голос, больше подходящий девчонке, но ростом ты не тянешь на десять лет. Не пропустят, думаю.