Троецарствие. Том 2

Сунь Цюаню было не по себе: он не знал, что ему предпринять, а тут еще среди солдат началась чума, которая уже унесла более десяти тысяч жизней. В бессилии Сунь Цюань отдал приказ отступать, но перед отбытием подумал, что в Хэфэе сейчас всего около семи тысяч человек, а в отряде Чжан Ляо – около трех тысяч. Он не боялся преследования Чжан Ляо, а потому сам во главе отряда находился в тылу армии. «Появление Чжан Ляо сыграло бы мне на руку: так бы я всех уничтожил, а потом с новыми силами взялся за Хэфэй», – раздумывал он.

Он все рассчитал, продумал диспозицию и сам бой, не хватало только Чжан Ляо. Первый и второй генералы армии Сунь Цюаня славились отвагой и военным опытом. На сердце у него было спокойно. Вдруг лошади в первой шеренге от испуга понеслись в стороны, а Сунь Цюань и его солдаты сразу насторожились: может быть, это Чжан Ляо? Они услышали странные звуки, но не увидели ничего кроме густого черного леса и расстилающегося тумана.

Сунь Цюань осознал, что раз они сейчас следуют по возвышенности, возможно, враг подстерегает их внизу.

– Тому, кто убьет Чжан Ляо, даю сто монет чистым золотом! Щедро награжу тех, кто первым пойдет в атаку! – закричал Сунь Цюань.

Услышав о награде, все оживились и во главе с генералами ринулись вперед. Однако ближе к подножию горы тропа сузилась, из-за чего отряд оказался прижатым к скале.

– Беда! Это уловка! – вскричал один из генералов.

Он хотел отдать приказ к отступлению, но на узенькой тропе не получалось даже развернуться. Назад дороги не было, однако Сунь Цюань вовсе не переживал, ведь он заранее послал гонца с приказом о подкреплении в передовой отряд. Они вот-вот должны уже прибыть.

Гонец вернулся один. Оказывается, основная часть войска продвигалась достаточно быстро: передовой отряд уже перебрался через реку.

Пришел черед радоваться Чжан Ляо. Его генерал натянул стрелу и подстрелил гонца Сунь Цюаня.

– За одного убитого даю сто золотых, а того, кто убьет Сунь Цюаня, обещаю немедленно повысить в звании! – закричал Чжан Ляо.

Этот приказ поднял боевой дух его солдат, и они, словно стая свирепых тигров, ринулись в атаку. Сам же Чжан Ляо незадолго до этого отправил лазутчиков выяснить путь Сунь Цюаня, а потом, воспользовавшись особенностями местности, устроил ловушку.

Казалось, что каждый воин в армии Хэфэя был таким же храбрым, как их командир.