Может, встретимся завтра?

Экзистенциальный кризис сменился влюблённостью… Правду говорят, что любви по силу горы свернуть!

А дождь всё лил и лил. Небеса окончательно омрачились, став подобием сердитого божественного лика. И кто же на Олимпе был сейчас недоволен? Хотя на десятитысячную ложь, произнесённую на закате дня, может обидеться кто угодно…

– Артём, ты ли это? – послышался очень знакомый голос позади. Эти нежные и красивые, признаюсь, было тяжело не узнать…

Я остановился и повернулся, подняв взгляд с узора тропы, смиренно лежавшей под ногами.

Передо мной стояла Элина, укрывавшаяся под зонтом от жуткого дождя. Она улыбалась, и улыбалась мне. Пожалуй, это была единственная хорошая вещь, произошедшая за сегодня. Но до конца дня оставалось ещё около семи часов, так что времени было предостаточно для того, чтобы случилось что-то доброе.

– Ну, да… это я… – невольно протянул я вполголоса в очень меланхоличном тоне. – А что такое?

– Нет, ничего, просто это немного странно и удивительно встретить одноклассника в парке, когда на улице такая ужасная погода! – промолвила она своим мелодичным и чарующим голосом.

– Да, погода не совсем радует, но даже так нельзя отрицать тот факт, что в ней есть очень много эстетичных сторон. Думаю, кто-то наверняка сейчас делает фотографии на профессиональный зеркальный фотоаппарат, чтобы отправить их на конкурс или пополнить ими свой альбом.

– А ты, значит, ценитель искусства? – на её милом, частично детском личике появилась волшебная улыбка.

– Не сказать, что я прям увлекаюсь искусством, но иногда предпочитаю остановиться на минутку и вдоволь насладиться им.

– Мне больше нравится не дождь, а необъятное небо с ярким солнцем и причудливыми облаками. Особенно на закате! Я, если мне повезёт застать такое небо на исходе дня, невольно забываю про ход времени!

Тогда мне повезло узнать, что у нас были схожие интересы, хоть и в совершенно противоположных сферах. Меня привлекала бесконечная грусть и тоска, а её – радость и свет.

А ещё тогда я узнал, что в школьной форме отдалённо напоминал ей Константина…

И вдруг появилось сильное желание вновь пройтись по тем аллеям, по нашим местам, в которых оставили частички друг друга. Оно вытеснило все прочие мысли из головы, полностью заполнила разум. Мне не осталось ничего другого, кроме как отправиться туда. Это можно было счесть за прощание… Пускай так и будет. Если я не попрощаюсь хотя бы таким странным обрядом, то просто оскорблю её.