Страшные сказки братьев Гримм

Она разражалась смехом всякий раз, как Грета замахивалась топором. Будто ничего смешнее в жизни не видывала.

Грета очнулась словно от толчка. В ушах еще звенел смех матери. Тут она догадалась, что это не смех, а щебетание птиц. Девочка подняла глаза и на ветке бука увидела белоснежную птичку. Птичка чирикала, глядя прямо на нее. Потом взлетела с ветки и села на другое дерево, ее блестящий черный глаз был по-прежнему устремлен на Грету. Словно она…

– Ханс, – прошептала девочка, толкнув брата в бок.

Тот резко сел, испуганно озираясь по сторонам:

– Что такое?

– Видишь вон ту птичку? – ответила Грета, показывая на дерево.

Ханс поднялся с земли, и птица качнула головкой.

– Ты это видел? – воскликнула Грета. – Она кивнула.

– Наверное, она съела крошки, – отозвался брат, и в его глазах зажглась надежда. – И теперь в благодарность хочет отвести нас домой.

Птица снова взлетела, и дети последовали за ней. Они все ускоряли и ускоряли шаг, потом пустились бегом, поспевая за птицей, мелькавшей среди деревьев.

Грете почудилось, или и впрямь запахло чем-то вкусным?

И правда, в воздухе разливался сладкий аромат, усиливающийся с каждым шагом.

Тут впереди между деревьев показался домик. На крыше сидела белая птичка, а сам домик…

Грете никогда не доводилось видеть ничего подобного.

Домик стоял на полянке, в полоске солнечного света, и оттого казался еще волшебнее. Ведь он был сложен не из камня и не из дерева, а из пряников, сахарного печенья и полосатых леденцов, крыша – из блинчиков, дверь – из засахаренных яблок, а окошки – из рафинада.

– Куда мы попали? – шепотом спросила Грета.

– Не знаю, – отозвался Ханс. – Но здесь не то, что дома. Здесь-то мы поедим. Спасибо тебе, птичка.

Дети бросились к домику. Хоть и жалко им было поедать такое чудо, но остановиться брат с сестрой не могли. Слишком уж они проголодались, а запахи так и дразнили. Ханс принялся за крышу, а Грета отломила кусочек ставня. Он был из темного шоколада и таял во рту.

– Кто это грызет мой дом? – послышалось изнутри. Голос был надтреснутым, но добрым и приветливым. И тут в дверях показалась миленькая старушка. Она опиралась на палку и подслеповато щурила глаза. Белая птичка перелетела на плечо старушки, и та ласково погладила птичьи перышки.

– Простите нас, – ответил Ханс, уплетая блин. – Мы заблудились, и птичка привела нас сюда.

– Мы блуждали по лесу весь день и всю ночь, – вторила ему Грета.