Беспокойные

Тебе лучше быть с нами дома, ходить на собрания. Ты же ходишь здесь на собрания?

Каждый раз, когда они разговаривали, мама спрашивала одно и то же, и каждый раз Дэниэл врал.

– Одно постоянно проходит рядом с Роландом. Я тебе рассказывал.

Дэниэл видел письмо от декана, которое пришло в конце прошлого семестра, где жирным шрифтом извещалось об отчислении. После того как за весенний семестр его средний балл упал до 1,9, университет назначил ему испытательный срок, а в октябре он перестал ходить на пары. Питер установил на ноутбук Дэниэла программу блокировки, хотя покерные сайты и так уже забанили его за превышенное число аккаунтов с долгами.

Он стукнулся коленом о стол, расплескав чай Кэй. Питер наблюдал, как он промокает лужу салфеткой.

– У меня все хорошо. Нормально зарабатываю, не пользуюсь кредиткой, и сосед Роланда съезжает в мае, так что я займу его спальню. Это не Потсдам, где нечего делать. Здесь я слишком занят, чтобы отвлекаться на остальное.

– Говорит, в Потсдаме нечего делать, – фыркнул Питер.

 – Это колледж. Там полагается учиться, вот что там делают. А не это твое… остальное.

– Не знаю, – сказала Кэй. – Я почитала о зависимостях, и они порой выходят из-под контроля, а Нью-Йорк полон искушений.

– Мам, доверься мне.

– Дурная компания есть везде, да, но в Нью-Йорке больше людей, больше и шансов столкнуться с плохой компанией.

– Трудишься в мексиканском ресторане, как чернорабочий, – сказал Питер.

– Не будь расистом, – ответил Дэниэл.

– Что, теперь сказать «мексиканский» тоже расизм? Ну, ты подаешь тако и жареные бобы.

Если это не мексиканское, то я уж и не знаю какое. Просто называю вещи своими именами.

– Ты серьезно? Владельцы белые и богатые, так что можешь не переживать. Там работают люди всех рас и возрастов. У меня есть коллега-индиец из Технологического института и черный коллега, который учится в Нью-Йоркском. А владельцы вообще не ходили в колледж – и пожалуйста, гребаные миллионеры. Я их ни разу не видел, потому что они даже не появляются в Нью-Йорке.

Один живет в доме на дереве в штате Вашингтон, его брат серфит в Коста-Рике, а еще один перебрался в Берлин.

Питер промолчал, подцепив вилкой яйцо бенедикт.

– Дэниэл, – сказала Кэй. – Не разговаривай с отцом в таком тоне.

– Довольно, – сказал Питер. – Будет ходить вокруг да около. Мы ехали пять часов не для того, чтобы выслушивать его сарказм.

– У нас хорошие новости, – сказала Кэй. – Отличные новости.