Игры выживальщиков

Зато Михалыч приедет вечером, и сразу в парилочку. А потом водичкой холодной колодезной. Колодец то вот он, около дома стоит. Большой такой, старинный, с журавлем.

Спать в этом охотничьем домике – одно удовольствие! И сны такие красивые сняться, красочные! Только утром не помнишь ничего. Просто как только на топчан деревянный в спальнике головой упадешь, так и проваливаешься сразу. Наверное, воздух свежий так влияет, или пустота в округ. Но лес он живет своей жизнью. Ночью то ветер, то птица кричит, то комары, гады, жужжат.

Пока еще тоненько. Ничего, скоро прогреет землю, и запоет комариный хор.

С утра встал бодрый и отдохнувший. Поднял ведро журавлем из колодца и потрогал рукой. Ух, холодно. А над лесом туман стоит, и птичий хор песнями заливается. Красота! Ну все, начинаю водные процедуры. Собрался с духом и облился колодезной водичкой. Ледяная вода продрала холодом до костей. А с другой стороны, голова просветлела и как будто заново родился. Эх, хорошо! Поставил чайник кипятиться на огонь, сварил сосиски в котелке, перекусил наскоро.

Сейчас по лесу похожу до обеда, а после обеда баньку топить. И никаких больше мыслей в голове. Вот это я понимаю, отдых!

Михалыч приехал чуть позже обычного, уже темнеть начинало. Пока еще рано темнеет в лесу, около семи уже сумерки. Баня готова, настоящая баня, «по черному», не то, что эти современные. Говорят, что в бане «по черному» вымыться нельзя, испачкаешься только. Это ерунда. Не хватай руками ничего, смывай грязь, и все нормально будет.

Настоящая баня всегда топиться «по черному».

Шашлык шипит на мангале, только успевай переворачивать, а то сгорит, да бутылка холодненькой «Сормовской» в ведре с ледяной водой стоит. Красота!

Рядом с моим «Дастером» встал старенький синий «Сузуки», и Виктор Михалыч вышел из-за правого руля. Так и ездит уже несколько лет профессор на праворульке. Дальше как обычно. Банька, шашлык, водка. Потом то же самое, только в другой последовательности. Напарившись и сидя на лавочке перед баней, с сигареткой в зубах, налили еще по одной.

– Ну, быть добру! – сказал краткий тост Михалыч, и очередные пятьдесят грамм полетели в мой желудок.

Хорошо пошла! Красота! Все проблемы забыты, как заново на свет родился. Именно тут я отдыхаю душой и забываю обо всем. Крякнув, Михалыч закусил соленым огурчиком. С хрустом огурчик, правильный. И так он им захрустел, что я и сам потянулся к тарелке.

– Олег, хоть не уезжай отсюда, – наконец, начал Михалыч.