Игры выживальщиков

Ну куда деваться? Нужно жить дальше. И я жил. Второй год, третий, четвертый. Командировки, работа, отпуск. А вот сейчас я жил ради отпуска. И как раз сегодня тот день. Сегодня я пишу рапорт и уезжаю на два месяца! Ничего, что май за окном. Я еду к Михалычу.

С Михалычем я познакомился во время рейда «Путина». Еще не старый, веселый старикан. Ученый даже, биолог. Занимается изучением животных, рыб и прочих тварей. Михалыч пристрастил меня к охоте, и я во время каждого отпуска уезжал на его охотничью делянку,на север области.

Два домика, банька, озеро, лес, и никого километров на двадцать в округе. Сейчас май. Охотиться можно по перу, на медведя и волков.. Ну а с Михалычем можно на кого угодно! Он же популяцией зверья заведует? Ему виднее. Правда, мы в мае особо и не охотились. Так, бродили по лесу, ловили браконьеров. Михалыч составлял на них протоколы, а я следил, что бы все было чинно – благородно. А вот на рыбалочку мы в охотку ходили. Я посмотрел на часы. Почти четыре часа вечера. Кадры еще на месте. Отнес рапорт в соседнее здание. Заместитель по кадрам бегло ознакомился с ним.

–За границу не едешь? – строго спросил он.

– Нет, – помотал я головой.

– Смотри, приказ вышел, снова запрет готовиться, – взял мой рапорт и сунул в папку полковник. – ты ведь, завтра с суток и сразу на отдых?

Я молча кивнул. По идее, рапорт у меня не с завтрашнего дня, а еще через два дня. Но завтра у меня законный выходной после суток. И послезавтра выходной. Так и выходит, что отдыхаю я уже завтра.

– Смотри, на связи будь. Видал, что твориться? – и Тимофеич, как звали нашего заместителя, показал в сторону работающего телевизора.

Диктор на экране твердил про эпидемию невиданного доселе гриппа. Высокая смертность, заражаются массово. Вот – вот будет испытана и запущена в производство новая вакцина. Я телевизор в принципе не смотрел. И новостями мало интересовался. Про эпидемию слышал. И даже видел людей на улицах в ватно-марлевых повязках.

Но мне этот вирус не страшен. Я уже пять лет ничем не болел. У меня только душа болит.

– Будь на связи. Послезавтра нам всем, поголовно, прививки от гриппа будут делать, понятно? – строго погрозил мне Тимофеич.

– Понятно, – кивнул я и вышел из кабинета.

Ничего мне не понятно. Сегодня у меня последний день на службе. Почему я сказал последний? Сам не знаю. Целая история с этими словами. Нельзя говорить «последний». Всегда нужно говорить «крайний».