Смурь

Сдержал подозрительные спазмы упорно сопротивляющегося желудка и крепко ухватился за обгрызенный кем-то ломоть чёрного хлеба. Сначала старательно занюхал, а потом стал медленно пережёвывать маленький кусочек, пахнущий отчего-то рыбой. Ни облегчения, ни ожидаемого поднятия настроения никак не наблюдалось. Зато опять стала неотвратимо наползать дремотная хмарь.

Последнее, что я расслышал от Мони, лишь несвязные обрывки из уплывающих в непонятную даль звуков:

– … мне неудобно материться… такой жизнью только мух привлекать… вон чухонцы – после первой никогда не женятся… переполнен мечтами и фантазиями… в кровати всё должно быть весело и шумно…

Дальше пошли только смутные вспышки-воспоминания о безуспешных попытках всунуть мне что-то в руку и моё слабое сопротивление, какие-то противные мокрые чмокания и подозрительные тормошения.

Затем… может я сам перебрался, а может меня, чтобы не мешал, усадили на этот диван, но зато окончательно отстали. В середине ночи я ненадолго очнулся от шума новых гостей, ввалившихся с шумом и гамом. Благодарно выпил подсунутый стакан, думая, что это вода. На этом празднование окончательно и бесповоротно закончилось. Подвёл трезвый образ жизни.

Надеюсь, это не я бешенным лунатиком уделал туалет. В ответном слове.

Всё. Осталось только определиться, что там с Моней и быстро делать ноги. С ним или без него. По сложившейся оперативной обстановке. А если я его здесь брошу, то он мне ещё долго будет напоминать студенческую латынь: Veni, vidi, vici – пришёл, упился, обломил.

Или плюнуть и убедить совесть старой волшебной мантрой «дахусим»[8 - Эта история произошла во время гонки лыжников на 30 км на Олимпиаде 1972 года в Саппоро (Япония). Когда на дистанцию отправилась уже добрая половина гонщиков, вдруг повалил густой и липкий снег. Советский лыжник Вячеслав Веденин за минуту до своего старта решил перемазать лыжи сообразно изменившимся погодным условиям.

Один из местных журналистов, владеющий русским, обратился к нему: «Думаете, поможет – очень сильный снег пошёл»? Что ему ответил Веденин до сих пор не ясно, но в Японии на следующий день многие газеты вышли с заголовком: «Сказав волшебное слово «Дахусим», русский лыжник выиграл Олимпиаду»!]?

Постояв немного, я махнул на последствия и решительно повернулся спиной к входной двери.

Первым делом осторожно заглянул в ближайшую к кухне комнату.