Фауст. Страдания юного Вертера

Маргарита

Не веришь ты?

Фауст

Пойми же, ангел мой:

Назвать Его кто смеет откровенно?

Кто исповедать может дерзновенно:

Я верую в Него?

Кто с полным чувством убежденья

Не побоится утвержденья:

Не верую в Него?

Он, Вседержитель

И Всехранитель,

Не обнимает ли весь мир –

Тебя, меня, себя?

Не высится ль над нами свод небесный?

Не твердая ль под нами здесь земля?

Не всходят ли, приветливо мерцая,

Над нами звезды вечные? А мы

Не смотрим ли друг другу в очи,

И не теснится ль это все

Тебе и в ум, и в сердце,

И не царит ли, в вечной тайне,

И зримо, и незримо вкруг тебя?

Наполни же все сердце этим чувством,

И, если в Нем ты счастье ощутишь, –

Зови Его как хочешь:

Любовь, блаженство, сердце, Бог!

Нет имени Ему! Все в чувстве!

И имя –  только дым и звук,

Туман, который нам свет неба затемняет.

Маргарита

Как это хорошо, мой друг!

Нам это патер так же объясняет,

Немножко лишь в других словах.

Фауст

Везде, мой друг, во всех местах

Сиянье неба восхваляет

Весь мир на разных языках, –

И мой не хуже их нимало.

Маргарита

Да, как послушаешь, сначала

Все будто так, но горе в том,

Что не проникнут ты Христом.

Фауст

Дитя мое!

Маргарита

Я ужас ощущаю

Давно уже, – скорблю всем существом,

Когда тебя с товарищем встречаю.

Фауст

С кем это?

Маргарита

С кем повсюду ходишь ты.

Он ненавистен мне от сердца полноты!

Изо всего, что в жизни я видала,

Я не пугалась столько ничего,

Как гадкого лица его.

Фауст

Поверь мне, куколка, не страшен он нимало.

Маргарита

Его присутствие во мне волнует кровь.

Ко всем и ко всему питаю я любовь;

Но как тебя я жду и видеть жажду,

Так перед ним я тайным страхом стражду;

Притом мне кажется, что плут он и хитрец,

И если клевещу –  прости меня, Творец!

Фауст

И чудакам, как он, ведь жить на свете нужно!

Маргарита

Нет, жить с таким я не могла бы дружно!

Он всякий раз, как явится сюда,

Глядит вокруг насмешливо всегда,

В глазах его таится что-то злое,

Как будто в мире все ему чужое;

Лежит печать на злом его челе,

Что никого-то он не любит на земле!

С тобой всегда я так довольна,

Мне так легко, тепло, привольно;

При нем же сердцем унываю я.