Великий Мусорщик

Лиллиана отравилась таблетками, доставленными через контрабандистов – другими путями добыть их она не могла. В народе, правда, поползли слухи, что она была отравлена – если не самим Кандаром, то уж, во всяком случае, Гельбишем. Но до Кандара эти вздорные слухи не доходили.

Лиллиану похоронили в парке резиденции, и Кандар в редкие свободные минуты навещал ее могилу. Статуя из белого мрамора, изображавшая Лиллиану в лакунском национальном костюме, изготовленная известным французским скульптором, получившим заказ через посольство в Греции, была поразительно похожа на живую Лиллиану, хотя скульптор пользовался для работы лишь фотографиями.

Лиллиана стояла чуть подавшись вперед, виновато улыбаясь, и протягивала руки, как бы прося у Кандара прощения за свой необдуманный поступок. И Кандар прощал ее…

Мария жила в отдельном домике под присмотром Гуны, его тетки, с которой особенно близка была при жизни Лиллиана. Кроме Гуны в доме жили две девушки, полугорничные-полуподруги, Зея и Вила, с которыми Мария проводила почти все свое время.

Марии исполнилось восемнадцать лет, и по законам Лакуны она в течение года должна была выйти замуж. Однако всякий раз, когда отец заговаривал на эту тему, Мария начинала смеяться, и Кандар прекращал разговор.

Вчерашнее появление выброшенного морем чужестранца, ее поведение в купальне и потом, во время церемонии, обеспокоило Диктатора. Он решил всерьез поговорить с дочерью.

Кандар знал, кого хотел бы видеть своим зятем. Из всех претендентов на руку дочери он предпочел главного помощника генерального директора ЕКЛ доктора Червиша.

Доктор Мэт Червиш, один из наиболее талантливых представителей поколения, воспитанного Революцией, воплощал в себе законченный идеал того нового человека, каким его видел в мечтах Великий Преобразователь Лакуны. Отличный спортсмен с безукоризненной фигурой (длинные ноги, хорошо развитый торс, красиво посаженная, большая, чуть продолговатая голова, трезвый уверенный взгляд), доктор Мэт в свои двадцать шесть лет достиг высокого поста исключительно благодаря таланту и глубочайшей верности идеям Революции 19 Января.

Лей Кандар втайне подумывал, что лучшего преемника трудно даже себе представить.

К этому следует добавить, что сам Мэт некоторое время назад обратился к нему с просьбой быть посредником между ним и Марией, к которой, как он сам признался, давно питает самые глубокие чувства. Кандар отнесся к его просьбе благосклонно.